Рай. Том 2

— Стюарт, огромное спасибо за то, что перезвонил.

— Я уже собирался в суд, когда услышал, как мой секретарь говорит с твоим, — вежливо и деловито ответил он."

"— У меня маленькая юридическая проблема, — пояснила она. — То есть не совсем маленькая. Скорее наоборот, большая. Нет, огромная!

— Слушаю, — сказал Стюарт, и Мередит нерешительно помедлила.

— Хочешь, чтобы я все рассказала сейчас, по телефону, да еще когда ты спешишь?

— Не обязательно. Можешь намекнуть… чтобы возбудить мой адвокатский аппетит.

И тут она снова распознала сухой, тщательно скрываемый юмор в его голосе и облегченно вздохнула.

— Не вдаваясь в подробности, могу сказать только, что нуждаюсь в совете относительно моего… моего развода.

— В этом случае, — серьезно и не задумываясь, ответил он, — советую сначала выйти за Паркера. Таким образом, мы сможем получить куда большие алименты.

— Я не шучу, как в тот раз, Стюарт, — предупредила она, но что-то в его манере говорить внушало такую уверенность, что Мередит даже слегка улыбнулась. — Я попала в самую невероятную юридическую паутину, которая когда-либо тебе встречалась.

— Обычно я привык вытаскивать все тайны на свет Божий, это позволяет повысить гонорар, — шутливо пояснил он. — Однако ради старого друга я мог бы принести в жертву алчность во имя сострадания. Мы можем поужинать сегодня вместе?

— Ты настоящий ангел!

— В самом деле? Вчера адвокат противной стороны заявил судье, что я пронырливый сукин сын!

— Вовсе нет! — преданно запротестовала Мередит.

— Да, моя красавица, именно таков я и есть, — тихо рассмеялся Стюарт.

Глава 32

Без всяких признаков осуждения и ничуть не возмущенный поведением восемнадцатилетней Мередит, Стюарт, не выказывая ни малейших эмоций, выслушал всю историю и вовсе не удивился, когда она рассказала о том, кто был отцом ее погибшего ребенка. Мередит же была настолько расстроена непроницаемым выражением его лица и неизменным молчанием, что, закончив говорить, нерешительно спросила:

— Стюарт, я все ясно изложила?

— Абсолютно, — кивнул он и в доказательство добавил:

— Ты только сейчас объяснила мне, каким образом твой отец готов использовать свое влияние, чтобы Саутвилльская комиссия одобрила проект Фаррела, причем действовал при этом с таким же неуважением к закону, как и сенатор Девис, надавивший своим авторитетом, чтобы первое решение было отрицательным.

— Д-думаю, да, — ответила Мередит, неловко морщась от плохо скрытого осуждения в словах Стюарта.

— Фаррела представляет «Пирсон энд Левинсон»?

— Да.

— Тогда вот что, — объявил он, делая знак официанту принести счет.