Открытая рана
Послевоенная Москва. Поздним вечером сотрудниками трамвайного депо был найден мужчина в бессознательном состоянии. Денег, ценных вещей при нем не было. Фактов, которые свидетельствовали бы о попытке убийства, не найдено. Вывод — обычный разбой. Пострадавшим оказался Михаил Ленковский, ключевой сотрудник секретного оборонного предприятия. К расследованию подключают старшего оперуполномоченного управления контрразведки МГБ Москвы майора Ивана Шипова.Чекисту пришлось прошерстить все злачные места и допросить окрестных воров и барыг, втихаря скупавших краденое. Наконец появилась зацепка: зэк по кличке Микроб признался, что видел неподалеку от места преступления «полуторку», фургон «ГАЗ АА». Однако поиск машины не дал никаких результатов.И тут… происходит еще одно нападение на сотрудника того же секретного предприятия…«Смерть шпионам!» (СМЕРШ) — это короткое и беспощадное название носило особое подразделение НКВД, подчинявшееся И. Сталину. Созданное в годы войны, оно состояло из проверенных в бою, честных и бесстрашных офицеров Красной Армии. СМЕРШа боялись все — и фашистские лазутчики, готовящие диверсии в наших боевых порядках, и гитлеровские приспешники, действующие в глубоком советском тылу. Враг знал: если на его след напали бойцы сталинского спецназа, справедливого и скорого суда не избежать.Романы серии «СМЕРШ — спецназ Сталина» — это каждый раз увлекательный динамичный сюжет и новые исторические знания, это экшен, написанный простым и понятным языком.
Так уж повелось, что подробные карты у нас секретятся, чтобы враг сам не догадался, куда ему идти, а у бдительных прохожих спросил.
Прочертили несколько маршрутов, по которым могла двигаться машина злоумышленников так, чтобы оказаться в стороне от чужих любопытных взоров и от милицейских постов. А потом — дотошная отработка территории по этим маршрутам.
Ох, насколько же монотонна и тяжела милицейская работа. Одни и те же вопросы. Человек за человеком. Твои собеседники — дворники в фартуках, закутанные в шали бабушки на скамейках, шпана, которая любит толкаться вечерами в тихих уголках.
Однажды возникает стойкое ощущение, что это будет длиться вечно. И безрезультатно. Но кто усердно долбит стенку, рано или поздно ее пробьет.
Помогла нам замоскворецкая шпана. Компания из пяти учеников ремесленного училища шаталась, задиралась к такой же шпане из соседнего района. Потом парни пили портвейн во дворике. Виновато пояснили, что так справляли Первое мая, хотя на календаре уже было четвертое.
Их доставили в местное отделение милиции. И Дядя Степа на один щелчок развел их на откровенный разговор. Притом так, что они не просто под давлением что-то вспоминали, а искренне хотели содействовать. «Ну а что, мент попался хороший, с пониманием. Чего не помочь?»
Выяснилось, что в тот момент, когда у компании проснулись певческие таланты, они и увидели машину.
— А что за машина была? — выспрашивали мы у парнишки в телогрейке, пузырящихся брюках. Шпанскую кепку-малокозырочку он сжимал в руках.
— Ну а я знаю? — отвечал он бодро. — Машина и машина.
— Грузовик? — нажимал Дядя Степа.
— Не-а. Кузов такой…
— Фургон?
— Ну наверное. В таких мясо, хлеб возят.
— А сама кабина как выглядит, бампер?
— Я что, присматривался?
Дядя Степа начал достаточно мастерски выводить карандашом на листе бумаги различные марки машин.
— Во, эта, — произнес шпаненок.
Как я и надеялся, ткнул он в изображение ГАЗ АА.
А ведь я был прав. Все начинает сходиться!
Глава 18"
"Эх, мой родной стол в кабинете. С ним я чувствую себя не оперативником, а столоначальником — он просторный, покрытый зеленым сукном, на толстых тумбах с многочисленными ящиками. На нем тяжелый металлический чернильный прибор в виде какого-то зверя — то ли тигра, то ли крокодила. Там же стоят три моих телефона.
