Открытая рана

При малейшем риске засветки отпускайте. А мы тем временем решим, как дальше дело вести…

Мой начальник свалившимся известием был озабочен, озадачен и даже взволнован. Он тоже отлично знал старшего группы наружки и полностью доверял его мнению.

— Если сам Томин опасается, то тянуть не будем, — заключил он. — Иначе упустим объект.

— Тогда в наручники?

— Давай, гроза ночного города. Сегодня же ночью…

Глава 22

В группу захвата мы решили включить Дядю Степу. Ведь он знал Марьину Рощу как свои пять пальцев. С удовольствием вспоминал, как рос на Сретенке и с марьинскими они время от времени сталкивались в благородных молодецких битвах.

В 1946 году он демобилизовался из армии, где с 1943 года служил в полковой разведке и честно заработал два ордена Славы. Азартная стихия поиска и борьбы отпускать его не собиралась, поэтому он с радостью согласился пойти на работу в милицию. Курсы подготовки. Потом уголовный розыск. Первое назначение именно в Марьину Рощу.

Это такое чудесное местечко — начинается почти в центре Москвы. Город в городе, где величественный Театр Советской Армии соседствует с деревянными бараками, а добротные купеческие дома — с покосившимися трехоконными развалюхами и дровяными сараями.

В детском парке, устроенном на месте Лазаревского кладбища, обладавшего в свое время зловещей мистической славой, по вечерам собирается местная молодежь. И на танцплощадке, получившей циничное название «на косточках», звучат танго и фокстроты.

Там полно воровских малин и притонов, которые постоянно вычищают, но они возрождаются вновь, как птица феникс. Любимое место концентрации ворья и преступного элемента. Притом не сегодня это началось.

В XVIII веке, по легенде, именно в этих краях разбойничала атаманша Марья, и тогдашние сплошные леса служили приютом для лихих людишек.

«В Марьиной роще народ простой:

Пять минут постой — и карман пустой».

Эдакий заповедник маргинальной старины. И туда направили молодого оперативника, при этом нарезав ему территорию частных строений около кольцевой железной дороги, где так любили кучковаться воры. Старшие коллеги, конечно, обещали оказать всяческое содействие, но все равно бывшего полкового разведчика сунули к черту в пасть.

Приключения ждать себя не заставили.

В первые же дни, когда обходил жилой сектор и знакомился с контингентом, его как родного принял в своем доме главный местный воровской авторитет. Обычно для этой публики считается предосудительным заговорить с сотрудником милиции. Но тут у авторитета был свой интерес.

Вор весь сочился доброжелательностью. Мол, проходи, дружище. Рады, что такого молодого и перспективного назначили к нам. Общий язык найдем.

Дядю Степу такой подход немножко удивил. И, естественно, насторожил.