Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

Кому это он? Аааа, дошло… Это же мне!

Я выскакиваю из-за костра и, оборачиваясь назад, чуть громче, но не менее театрально отдаю команду:

— Первое отделение — по правому флангу! Третье — левый! Второе — посредине!!

Переворачиваем матроса с сержантскими лычками на пришитых к комбезу черных погонах с буквой Ф. Скорее всего, старший секрета.

— Так, сержант, рассказывай! Систему охраны и обороны лагеря!! Кто справа от вас?! Кто слева? Во сколько докладываете по радиосвязи?! — начинает допрашивать командир.

Я тем временем потрошу рюкзаки морпехов.

Все более-менее ценное перекладываю в свой рюкзак. Ничего необычного: обыкновенный пехотный паек, пара пачек красной «Примы», запасные аккумуляторы.

Плененный сержант что-то хрипит, обзывает нас сволочами, только и слышно от него:

— Пшёл н…х… урод!!

Дитер не выдерживает:

— Товарищ мичман! Разговорите матросика!!

— Есть, товарищ лейтенант! — бодро отвечаю я.

Поднимаю с земли берет морпеха, достаю из кобуры на груди пистолет ПБ, медленно прикручиваю глушитель, несмотря на округляющиеся глаза сержанта. Перекладываю пистолет в левую руку, держа берет над затворной рамой, стреляю рядом с головой.

Пуля входит в землю в нескольких сантиметрах над ухом сержанта и осыпает его земляным фонтанчиком.

— Ё…б! — пробормотал Дитер и уставился на меня глазами еще более круглыми, чем у пленного.

Сержант молча открывал рот и пялился на меня. Я спокойно вытряхнул попавшую в берет гильзу и затолкал её в кобуру.

— Ээ… тут несколько постов, — скороговоркой забормотал сержант. Пока я скручивал глушитель, в голову пришла идея. Помнится, в учебке на занятиях с ротной баталёрки нам выдавали радиостанции — на заднюю стенку всегда был прикреплен закатанный в полиэтилен листочек с позывными и прочей связистской лабудой.

Засунул пистолет в кобуру и достал из рюкзаков морпехов небольшую «сто сорок восьмую». Ну вот, пожалуйста! Тетрадный листочек расчерчен, разлинеен корявым почерком: позывные, время выходов, подпись начальника связи батальона. Недолго думая, я оторвал листок от станции. Надо же! С другой стороны, не менее коряво, список личного состава роты и напротив — дата, с какого числа сняты с довольствия. Скорее всего, ротный писарь накидал список на листе, потом его переписали более красиво, а листочек потом использовали еще раз. Очень кстати! Тем более сержант позывных толком не знал. Помнил только, что его секрет получил позывной «Сосна». В случае какой-либо опасности и невозможности выйти на связь подают сигналы ракетами. Ракеты я как раз изъял и распихал себе в нагрудник. Болев прочитал таблицу позывных, хмыкнул, посмотрел на часы.