Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

Вот оно — стадное чувство! Я не раздумывая бросился вперед за группой, пытаясь копировать манеру передвижения впереди бегущих, часто дергая ногами и стараясь не навернуться на подводных камнях. Через пару секунд я уже был на другом берегу и с удивлением обнаружил, что ноги у меня сухие! Вода не протекла сквозь ботинки: попросту не успела. Набрали воды, посмеялись надо мной и всё, идем дальше. Вперед, горно-водолазная кавалерия!"

"Дошли до места сеанса вовремя. Я уже самостоятельно развернул станцию, антенну, прикрепил клеммы от аккумуляторного пояса и доложил о готовности командиру.

Оставалось еще минут пять, и Дитер, не торопясь, настроил станцию, достал свой шифровальный блокнот и накрылся плащ-палаткой. Наверняка этот сеанс очень важный. Вон, аж командир от всех спрятался, шифрует чего-то там. Пойду-ка я на фишку. Во время таких сеансов охранение удваивается, а нас и так вместе с Дитером всего четверо. Болев и на этот раз отработал всё как положено, хотя сидел на связи дольше обычного. Наконец-то нам указали площадку эвакуации. Я снова сижу над картой и размышляю, забивая в голову ориентиры. На переходе нам предстоит еще один сеанс: надо получить какую-то переводную группу. Хрен знает, что это за фигня. До меня только сейчас дошло, что мы всё-таки работаем на материке, вдалеке от своей базы. Понимание пришло при рассматривании карты, а когда всё-таки врубился без подсказок, то воспринял это почему-то уж очень спокойно. Материк? Да и хрен с ним! Какая разница, где выполнять задачу. Мне почему-то на выходе начинало нравиться все больше и больше, чем в казарме. Конечно, охота сходить в баньку, походить по нормальной деревянной палубе, посидеть в баталёрке, послушать магнитофон. И по своим одногруппникам я уже скучаю. Но здесь-то ведь тоже неплохо. Холодновато, конечно, но чувство того, что выполняешь задачу, хоть и учебную, как-то возвеличивает над казарменной суетой. Что-то меня на философию потянуло. Не к добру это, как бы опять чего не учудить. Дитер поведал, что Саныч и Дмитрич благополучно эвакуировались морем и уже находятся в части. Еще в нашем районе работают несколько разведгрупп из сухопутной бригады специального назначения — тоже чего-то ищут. У нас, оказывается, есть целый оперативный офицер, который держит нас на контроле, принимает данные, обрабатывает информацию и сообщает сведения об всяческих противниках в нашем районе.

Идти предстояло двадцать километров. Ориентиры и расстояние я помнил. Следующий привал и дневка с отдыхом на большой лесной поляне — тоже наверху невысокой сопки. Почему привалы всегда на сопках? Да потому, что оттуда все видно и связь качать легче! Поэтому снова придется ползти вверх. Дело привычное. Только смущает одно.