Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

 — Головной дозор готов доложить!

Подполковник достал из своей командирской сумки тетрадку и пару карандашей, полистал, нашёл нужную страницу. Потом поелозил по карте, нашёл участок высадки и кивнул:

— Ну что ж, жду доклада!

Поповских толкнул меня локтем. Я выпучил глаза и пару секунд молчал, потом встряхнулся и начал, сперва медленно:"

"— Товарищ… ээ… подполковник! Докладывает старший матрос… — сперва слова приходилось выталкивать, я даже чуть-чуть начал заикаться. Потом разговорился и меня понесло. Я доложил порядок действий после посадки на плавсредства, доложил азимуты, поправки на течения, влияние погодных условий на видимость береговых ориентиров. Не забыл про скалу «Флагман» и глубины. Уже не останавливаясь, начал рассказывать порядок связи на высадке. Действия головного дозора при встрече с противником, порядок оповещения по условным сигналам. Меня уже было не остановить, и я начал рассказывать подполковнику про боевой порядок группы при ведении разведки прибрежной полосы. Когда я уже просто нес ахинею и рассказывал про меры безопасности, меня все-таки прервали. Надо заметить, что незнакомый подполковник-десантник все время слушал, не перебивая, и удовлетворенно кивал головой, что-то отмечал на карте и делал пометки в своей тетради. Мой монолог прекратил командир десанта:

— Хватило бы про азимуты и поправки на движение. Остальное мне как козе баян! Со своими бы разобраться… так, Виктор Борисыч? — переспросил он десантника.

— Да нет, ну почему же. Я, как старший офицер разведотдела округа… аа…

— Виктор Борисыч! Ты, как посредник, согласно распоряжениям руководства учений, идешь на высадку с этой разведгруппой и объективно её оцениваешь.

Подполковник хмыкнул и начал собирать свои бумаги в планшет:

— Ох, будь вывод парашютным способом или посадочным, так без проблем! А тут я ж в первый раз так буду высаживаться. За два года в Афгане как-то ни одного моря не нашел, а тут еще они по берегу стрелять начнут… Или потопят меня к чертям собачьим.

— Да не бойсь, все в первый раз бывает! — хохотнул каперанг.

— А вот у них головной дозор, я так понимаю, лейтенанты под матросов залегендированы или прапорщики? — переспросил «комдеса» сухопутчик и настороженно посмотрел на меня с Зелёным. Поповских, стоявший сбоку от нас, даже хрюкнул от удивления…

— Да я почём знаю, вон у каплейта спрашивай! Я к разведчикам в их дела не лезу, кто у них да как они…

Поповских вышел чуть вперед:

— Никак нет, товарищ подполковник! Звания соответствуют указанным в выписке по личному составу! Головной дозор — старшие матросы срочной службы!..

— М…я! — сказал подполковник. — Копать не перекопать! — после чего произнес фразу, которая, в силу своей необычности, впечаталась мне в память на очень долго.