Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота

Хоть бы догадался провентилироваться и набрать в лёгкие воздуха побольше. Ан нет, мордой в воду — и не шебуршись! Стараюсь не шевелиться и экономнее расходовать кислород в крови и мышцах. Балансируясь в воде, левой рукой задел шланг подкачки на жилете и, сам того не осознавая, вытащил его из резинового кольца, пальцами выдрал пробку на веревочке, зажал шланг и сунул его в рот. Как учили на водолазном деле — вдох, выдох через нос. У жилета запас плавучести обеспечат зашитые пенопластовые вставки, поэтому можно не бояться утонуть. Автомат на плече начал дёргаться.

Зеленый стрелял, то отталкиваясь, то подтягиваясь ко мне ногой. Всё, отстреляли! Давление на спину исчезло, и я вышел на поверхность, не выпуская шланга изо рта. Всё-таки магазин автомата наверняка замочил. Выдохнул в жилет, чуть подкачал его, расцепился с Зелёным, занял своё место в линии. Выход на берег. Проверка оружия, разряженность, патрон из патронника, к мишеням.

Надо же, кто-то даже попал! Ещё заплыв? Снова по номерам? Капитан-лейтенант! Да ты с ума сошёл! Сколько можно издеваться над личным составом?! Всё, пошли снова, плывём, опять магазин больно давит на позвонок.

Разворачиваемся, тут уже обдуманно — шланг в зубы, мордой в воду. Толчки магазина в плечо. На берег. Надеюсь, это всё, время уже к обеду, даже резиновая лодка не понадобилась. Нет, не всё! Короткий перерыв, протираем оружие и отрабатываем норматив посадки в лодку. Потом в полном снаряжении бегаем с лодкой по песку. Потом ходим на вёслах. Руки отваливаются, ужасно охота пить. Вон воды сколько, пей — не хочу! Да вот только одна проблема — вода солёная и невкусная. От неё и проблеваться можно, да и хлебнёшь «забортной» — жажда только усилится. Походили на вёслах, начали отрабатывать перевороты лодки во всём снаряжении и с оружием. Сил карабкаться по крутому надутому резиновому боку уже нет.

Ну так, может, хватит? Урррааа! На берег. Вытащили лодку, сидим в положении стрельбы с «колена», зыркаем по сторонам. Всё, перерыв. Только Поповских снова схохмил над нами. Мы не побежали в часть на обед. Не приехал ротный старшина Аничков с термосами. Вся группа начала среди скал оборудовать днёвку. Я скреплял резиновыми жгутами плащ-палатку и вполголоса допрашивал Федоса:

— Саня, как так мы без обеда будем? Я жрать хочу, капец! Желудок аж сводит! У меня во фляжке только чай с завтрака.

— Неа, не будем, мне каплейт сказал: расход (заявка на перенос на более позднее время) на группу — на обед не оставлять и пайки с баталерки не распечатывать. Они его личной печатью и пластилином опечатаны, типа на случай войны или еще чего, так что трогать нельзя…

— Жопа, надо было хоть на завтраке хлеба припрятать по карманам.