Овод (СИ)

 – С бабой? Если помешал, только скажи, я свалю.

– Да нет, – задумчиво почёсывает затылок, – не то чтобы с…

Его глаза распахиваются, а сам он сосредоточен на том, что находится за моей спиной. Мельком бросаю взгляд, отворачиваюсь, и только спустя несколько секунд понимаю, что увидел. Точнее, кого. Медленно веду головой, встречаясь со знакомой зеленью, которая шокированно всматривается в меня. Цветочек. Срывается и бежит прочь, а затем щёлкает замок той самой двери, на которую поглядывал Амат.

– Цветочек, открой! – В два счёта оказываюсь перед преградой, дёргаю ручку, рву на себя, а затем толкаю плечом. – Я всё равно вынесу эту дверь!

– Э, давай без разрушений! – За спиной рык Амата, а затем он меня оттаскивает. – Она и без твоей помощи справляется отлично."

"А я не слышу его, потому что сердце пульсирует где-то в глотке, а я сам, словно в бреду, не верю, что только что передо мной стояла Майя. Неожиданно и резко вновь ворвалась в мою жизнь, вот только теперь я этому рад и хочу прикоснуться к ней, чтобы убедиться – настоящая. Не призрак, преследующий во снах и утягивающий мягким голосом, а тело, к которому можно прикоснуться, ощутив вихрь жадных эмоций, которые сносят одним своим существованием.

– Ключ, – машет передо мной, а я машинально беру предмет и направляюсь к двери. – Только, – останавливает Амат, задержав рядом, – не напирай, иначе придётся иметь дело со мной.

Только кивок, свидетельствующий, что я принял его слова, а затем поворачиваю ручку и вхожу. Цветочек сидит на кровати, а при виде меня медленно ползёт назад, не разрывая взгляд. Не знаю, что она там видит, но на дне зелени я считываю страх. Страх? Она никогда меня не боялась, даря себя без оглядки и принимая всё, что я даю. Но сейчас передо мной другая Майя, кажется, совсем незнакомая и чужая, но всё же моя.

Надвигаюсь, ступая в такт её движениям. Словно мы затеяли соревнование, кто быстрее убежит, переиграв другого. Но в её случае выбор ограничивается концом кровати, а я не намерен уступать, пока не приму, что она настоящая. Мысли дикой каруселью проносятся в голове, но все их я откидываю в сторону, решая уточнить позже, как она здесь оказалась, сейчас сосредоточившись на девочке-катастрофе.

Её спина встречается с преградой в виде стены, а мне остаётся приблизиться, чтобы встать на колени, поравнявшись, и упереться лбом в её живот.

– Цветочек…

Выдыхаю, понимая, что меня неожиданно отпустило. Этот месяц я, скорее, не находил себе места из-за неё, не обращая внимания на собственную патовую ситуацию, в которую меня загнали. Больше всего хотел, чтобы Майя была в безопасности, и сейчас не знаю, что говорить и о чём спрашивать ту, что не касается меня, застыв в одной позе.