Панк 57

Остолбенев, я наблюдаю за происходящим. Просто иди, Миша. Она не даст ему так просто уйти, конфликт только усугубится.

– Сейчас же.

– Знаете, я предпочту не оставлять подругу одну, пока этот кусок дерьма – ваш сынок – бродит по коридорам, – отвечает он. – Разве закон не запрещает сексуальным маньякам подходить к школе на определенное расстояние?

Ее лицо искажает ярость.

– Если вы сейчас не пройдете со мной, я вызову полицию.

– Ми… Мейсен, – исправляюсь я. – Просто иди.

Берроуз кладет руку ему на спину и указывает рукой в сторону учительской.

Но он отмахивается от нее, насупившись.

– Идите на хер. – Он смотрит ей в глаза, а потом поворачивается ко мне. – Я ухожу. Я закончил свои дела здесь. После школы буду в Бухте.

– Что? – восклицаю я.

Он целует меня в лоб, напоследок бросает взгляд на Берроуз и направляется в сторону выхода. Я оглядываюсь: куча школьников наблюдает за их диалогом.

Мы с Берроуз на миг встречаемся глазами. Но она не идет за ним. Развернувшись, она сворачивает в коридор и исчезает в толпе учеников, спешащих на уроки."

"Миша ушел, а я немного шокирована тем, что он предпочел покинуть школу, а не разобраться с ней и остаться здесь со мной.

Если он вернется в Тандер-Бей, мы почти не будем видеться. По крайней мере, до конца учебы.

Что с ним творится?

Теперь, когда я наконец немного успокоилась, до меня доходит, что он так и не ответил ни на один мой вопрос.

Зачем он здесь? Почему у Трея были его часы? И почему он живет в Бухте?

Все спешат на уроки или в столовую, а я стою у питьевого фонтанчика и набираю воду в бутылку. Я не хочу сегодня идти обедать и привлекать всеобщее внимание, даже несмотря на то что немного голодна.

Знаю, что должна сесть за стол, не прикрываясь телефоном, домашкой или книгой, и просто сидеть там.

Если народ будет шептаться, так тому и быть. Пусть болтают.

Но сегодня почему-то не хочу туда идти. Наверное, не хочу их видеть. Может, потому, что мне предстоит весь день провести в школе и в липкой от сока одежде это будет неудобно.

А может, хочу позволить себе дать слабину.

Ботинки шаркают по полу, шкафчики хлопают, коридор потихоньку пустеет. Грохот и болтовня перемещаются в холл. Слева открывается дверь. Подняв голову, вижу, что из туалета выходит Трей. В руках он держит черный шнур с подвеской.

Подходит к мусорке, рвет его и выбрасывает.

Думаю, это вещь Мэнни, одна из его готских подвесок с названием группы.

Трей поднимает глаза и замечает меня. Мне надо в библиотеку. Я закрываю бутылку и прохожу мимо, стараясь держаться противоположной стороны коридора.

Но он срывается с места, догоняет меня и прижимает к стене.

Я тяжело вздыхаю. Он меня разозлил.

– Ну и где же твой телохранитель? – спрашивает он, прижимая руки к стене с обеих сторон от меня, не давая уйти. – А, точно.