Парфюмер для демона, или Невеста с секретом

— Хорошие условия? Ты окончательно спятила! Ты разлучила меня с дочерью! Заточила здесь на тринадцать лет! То есть ты считаешь, что вот так запросто можешь со мной разговаривать? Из-за какой-то глупой зависти, ты пошла на такое страшное преступление…

— Это не глупая зависть! У тебя всегда было все! А у нас с Джулией ничего! Все восхищались твоим парфюмом, а мы вынуждены были быть у тебя на побегушках!"

"— Я никогда не унижала ни тебя, ни Джулию! Наоборот, всегда подчеркивала, что мы на равных, каким бы не был ваш дар! Это ты вся извелась, пытаясь что-то мне доказать… Но тебе не нужно было мне ничего доказывать…

— Почему же… — усмехнулась Порция. — Видишь, как теперь все изменилось. Твоим салоном теперь владею я и моя дочь. Джулия — самый известный и уважаемый парфюмер Инферно! В отличие от твоей дочурки, которая продает драконье дерьмо! Она даже элементарные духи сотворить не в состоянии!

— Катажина… — с болью проговорила Эвелина. — Мне было плевать на салон, если ты так хотела, я могла в любой момент отдать его тебе! Но ты лишила меня возможности видеть, как растет моя дочь. Это так жутко, что до сих пор не укладывается у меня в голове. Я думала, что монстром был ее отец, но… Настоящим чудовищем оказалась ты, моя родная сестра…

— Ты не понимаешь, Эвелин. Пока ты была жива и здорова, мы с Джулией никогда бы не стали тем, кем стали сейчас. Общество всегда бы помнило о тебе и сравнивало… Теперь о тебе, как о реальной женщине, все забыли. Ты стала мифом. А о твоей дочери говорят, что пошла она далеко не в мать.

— Дар Кататажины был очень силен. Сильнее моего. Ты… Что ты сделала с ней? Отвечай, мерзавка!

— Всего лишь добавляла ей в пищу катсориум. Каждый божий день, все тринадцать лет. Ты знаешь, что в таких малых дозах он лишает дара… Но мягко и безболезненно, без вреда для того, кто его принимает.

— Ты… Я не верю, что ты — моя сестра! — в глазах Эвелины Лэверти блеснули слезы. — Не могу поверить, что ты на такое способна…

— Поверь мне, я очень добрая и милосердная, — возразила Порция. — Я могла убить тебя, а твою дочурку отправить в приют… Или куда похуже. Вместо этого я стала ее патронессой. Так что на твоем месте я была бы благодарна.

— Расскажи мне о ней! Хоть что-нибудь, прошу! Какая она стала? Я бы все, все отдала за то, чтобы увидеть Катажину хоть на секундочку, хотя бы одним глазком!

— Серьезно? Ловлю на слове! — Порция засмеялась недобрым смехом. — Смотри!

И она достала из кармана платья газету. В колонке светской хроники была большая статья про то, как Форас Данталион и Катажина Лэверти посетили благотворительный бал с красочным изображением жениха и невесты. Леди Клэй свернула газету таким образом, чтоб была видна только Катажина.

На пять секунд поднесла к зеркалу.