Пари на новенькую

Косте, судя по всему, нипочем. Он и бровью не ведет.

– Как думаешь, кто выиграет? – спрашиваю, склоняясь ближе, чтобы он услышал.

– Огнев, конечно. Еще не нашлось ему соперника. Сокол тренируется только, знаю, что у лучших, но не думаю, что там получится.

– А у вас часто кто-то садится рядом? Ну… при заездах?

– Бывает, – говорит Костя. – Обычно гонщики не берут никого, чтобы не отвлекаться.

Я вспоминаю, как Женя мне предлагал, но у меня почему-то никакого доверия к нему нет, хотя я с ним на автомобиле ездила. Вот Кирилл меня не катал, откуда я могу знать, как он вообще водит? Хотя… по гоночной машине со стороны вижу, что уверенно.

Знает, что делает.

– Хочешь прокатиться? – интересуется Костя. – Надо было Киру сказать, может, взял бы…

– Да нет, я ему никто, – говорю вместо того, чтобы сказать, что ездить не хочу.

Да что со мной такое – не понимаю совсем? Жене я сразу отказала, а тут как магнитом тянет.

– Возьмет! – усмехается Костя. – Он и сюда девчонок раньше не брал. Тебя вот только.

Я хочу спросить про Тину, но вовремя прикусываю язык и решаю, что это, в конце концов, не мое дело. Слежу, как машины делают третий круг.

По отрыву понимаю, что Кирилл победит, потому что идет первым, и, как только это происходит, первая скандирую. Прыгаю на месте и кричу от радости. Правда, недолго. В какой-то момент натыкаюсь на взгляд Соколова, который стоит чуть ниже, и замираю. Мне жутко неудобно перед ним становится, я ведь отказала, а сама тут, еще и не стою в шоке, как в прошлый раз.

Я ищу объяснений происходящему и не нахожу. Не могу понять, почему сейчас совсем иначе реагирую. Конечно, мне по-прежнему страшно, но уже не так. Я переживаю за Кирилла, но вместе с тем словно подзаряжаюсь изнутри, когда смотрю на этот рев толпы, слышу скандирование имени Огнева, когда вспоминаю его езду.

Идеальную, точную. Ему ведь восемнадцати нет, а он уже настолько умелый."

"Вспоминаю слова его отца о том, что ему нет восемнадцати, и водить он не может. Знал бы он! А так – преуменьшает заслуги Кирилла. Принижает его. Непонятно только зачем…

Градус неловкости повышается, когда гонка заканчивается, и ко мне подходит Женя. Я наблюдаю за Кириллом, но когда Соколов встает прямо передо мной, это сделать становится сложнее.

– Привет, – говорит он, прищурив свои карие глаза. – А ты как здесь? Говорила же, что…

– Передумала, а тебе звонить было уже неудобно, – говорю, надеясь, что этот ответ его успокоит.

– Вот как… назад можем вместе, ты же уже едешь?

Я смотрю за его спину. Пытаюсь найти взглядом Кирилла, но не могу.

– Аня, – Соколов обращает на себя внимание.

Его настойчивость мне очень не нравится, но я молчу, только улыбаюсь. Ехать никуда не собираюсь, конечно, пока с Кириллом не поговорю.

– Едем? – настаивает.