Печать мастера. Том 1

Он лежал на боку и смотрел вниз, не отрываясь, изо всех сил пытаясь вернуть контроль, но перед глазами все полыхало алым.

* * *К вечеру стазис не спал.

Когда на небе зажглись первые звезды, Коста все ещё лежал на остывающей крыше и едва шевелил распухшими губами – лицо сгорело полностью."

"Он не мог пошевелиться, не мог заговорить, и уже не понимал, где явь, а где сон – мастер жив или мертв… вот меч описывает дугу, вот брызги крови летят на стены, вот голова мастера на пике… свистят наемники и смеются… это сон или явь?

Он потерялся в бреду и очнулся только когда его позвали, осторожно протирая лицо ледяной тканью… наверное он опять заболел… Очнись, малец… очнись… контроль…

“Мастер”.

Коста открыл рот, чтобы сказать – “все хорошо, мастер, я очнулся”, но вместо этого захлебнулся – в рот капала вода. Он разлепил мокрые ресницы – темно, тучи, редкие звезды…

С черного неба стеной падал дождь.

“Мастер”. Он – вспомнил. Шевельнуться он так и не смог – холодные струи текли по лицу вниз, смешиваясь со слезами.

Мастер.

Мастер.

Мастер.

Рассвет он встретил промокшим насквозь и продрогшим до костей – зубы уже не стучали, просто – не разжимались.

Стазис – спал, и он смог, не взвыть от боли и перевернуться на спину.

Он замерз снаружи, но ещё больше замерз – внутри. Как будто эта ночь забрала с собой всё, что было. Сердце стучало ровно, но не грело. Как кусок льда.

Вымерзло все, что делало его – живым.

Его тепло – кончилось. На побережье пришел сезон дождей.

Глава 19. Цена свободы. Часть 2

Дождь лил весь день.

Как он оказался под мостом на окраине города, Коста не помнил – не помнил, как спустился на рассвете с крыши, как брел куда глаза глядят.

Он просто – шел, шел, шел, спотыкаясь, и нашел место, где вода не капает сверху непрерывным потоком.

Улица привела его в проулок, проулок – на окраину, под мост, куда он забился, прячась от дождя, свернулся калачиком на камнях и затих, забывшись рваным тревожно-горячечным сном.

Контроль.

Слово звучало в голове ударами храмового колокола.

Контроль, щенок, контроль!

Он – пытался. Видит, Великий – пытался. Пытался не думать, запрещая себе снова и снова прокручивать картины вчерашнего перед глазами.

Пытался и… проигрывал. Проигрывал с разгромным счетом.

Пелена перед глазами не просто вспыхивала рваными вспышками, все перед глазами стало алым – водоворот ревущей воды, которая неслась по дождевым каналам к морю; камни над головой; здания вдалеке, руки – все светилось красным.

Контроль! Контроль! Контроль!

Коста высовывался наружу из под укрытия и подставлял голову под дождь, чтоб хоть немного прийти в себя.

И – проигрывал, проигрывал сам себе, сползая в бездну ярости, отчаяния, и – ненависти.