Печать мастера. Том 1

– Ашшшшх… – Коста зашипел от боли. Кожу, вместе с тканью рубахи он продрал, когда падал – края намокли от крови.

– Всё, теперь мы браться, – довольно хмыкнул Рыжий. – Не отвертишься… Хлеб делили? Делили! Кровь смешали? Смешали… Ты теперь мне жизнь должен, когда-нибудь отдашь должок…

Коста промолчал, осматривая плечо.

– …и раз мы теперь кровные братья, может ты наконец скажешь, как тебя зовут? Не могу же я тебя так и звать молчуном и стриженым, а?

* * *Рыжий ныл всю дорогу. Тихо поскуливал, баюкая руку, и, если сначала Коста раздражался – неженка, то потом стих – рана и правда выглядела неважно.

– Кормить меня будешь! Поить! Одевать! Пока рука не заживет, – постановил Рыжий.

Пройдоха оказался полезен – знал короткие пути в подворотнях, где можно свернуть, а где спрятаться – пару раз одергивал Косту за угол, когда вначале улиц появлялись патрули.

– Так чего не сдал то? – снова спросил Коста, когда они пережидали за оградой, пока пройдет очередная тройка в сером. – Три феникса – большие деньги на одного…

– Это если выжить с этими деньгами, – шмыгнул носом Рыжий.

 – Получить мало – уйти надо. Да и поверил бы мне кто, – он похлопал себя по бокам, – что заработал, а не украл… И… – Лис помолчал. – …ненавижу я их.

– Кого? – удивился Коста.

– Их. Всех ненавижу. За людей нас не считали. Думаешь хорошо в приюте жилось? Все думают, что не улица и ладно, а иногда и на улицах лучше!

Коста вздохнул – про житье в приюте он слушал полночи.

Что приют горел, и что до сих пор не всех детей вытащили – тела под завалами – до сих пор разгребают, и что пусть лучше считают, что рыжий сгорел. И что приют содержит клан Арров, но кормят плохо – и профессии все для черни – гончары да плотники, да рабочие, иногда приезжают проверять детей в приюте – каждую зиму – маги, и забирают в клан, но ему ни разу не повезло, а он – Лис – хочет играть в театре! И что в Ашке есть труппа, заезжие менестрели – он видел представление один раз…"

"– Были те, кто вырвались – смогли, но либо умные, руки к чему-то лежат, либо сила есть.

Все приютские в клан хотели, мечтали. Острова – это сытость, носить знак Арров и забот не знать… но тем только сильных подавай… – шмыгнул рыжий носом.  – Кровь брали у всех от мала до велика, светили этими штуками и плетения делали… Двоих забрали всего! Двоих! А остальные – что? Последнего – при мне – три зимы назад, сказали – учиться, на острова… но только не видел я его больше… Зазнался, вот и забыл приютских, с кем кашу за одним столом ел…Поэтому и ненавижу. Если силы нет, если не в клане родился – всё, считай сразу жизнь закончил. Или в слуги, или в рабство. А если душа не лежит? – нахохлился рыжий.