Печать мастера. Том 1

Столы оказались подписаны и Коста потратил время, пытаясь выяснить, где нужное – но Лис оказался прав – его табличка стояла в ящике на втором столе справа – имя мастера Хо, выведенное его кистью и дата.

– Заявки, не оплаченные службы, оплаченные частично, оплаченные полностью, – бормотал Коста, ища места, куда засунуть свою.

Идею подал Лис. Идея Косте не нравилась, но лучшей у него не было. Пока нет лучшей, можно использовать то, что есть. Декада кончалась – службы за поминовение души мастера Хо остановят, если он не принесет деньги вовремя.

Но денег у него не было. И, чтобы заработать в таких условиях, нужно рисковать шеей – а это вряд ли одобрил бы мастер.

– Надеюсь, вы поймете меня, Наставник, – пробормотал Коста, переложив деревянную табличку в ящик на другом столе – “оплачено полностью, но не отслужено”. Три феникса он положит в храмовый общак сам, как только заработает.

Лис сказал, что жрецы ведут самые простые подсчеты – просто перемещают молитвенные заявки, отработанные идут… куда идут Лис не знал, но точно куда-то идут.

– Да мы всегда так делали! – возмущался рыжий.

 – Откуда у приютских такие деньги, а отслужить надо… чтобы хоть за Гранью душа нашла успокоение… вот и бегали в храм… откуда ты думаешь, я знаю, что они подают булки? Один отвлекал, второй работал… ни разу никого не словили.

Коста согласился не сразу – долго выспрашивал подробности вылазок, изучил начерченный на песке план и – думал.

Деревянная табличка заняла положенное место, глухо стукнувшись о соседние – “оплачено, но не отслужено”, “мастер-наставник Хо”.

“Поменял”.

Коста довольно выдохнул и… напрягся – чуткий слух уловил шаги, тихие, уверенные, шаги, которые приближались к двери…

Створки скрипнули.

Коста нырнул за столы, под скатерть.

Дверь закрылась. Четыре шага. И кто-то с тихим вздохом, постукивая деревянными табличками, начал шуршать сверху.

– Выходи.

Коста замер.

– Выходи, я знаю, что ты здесь.

Он узнал голос. Он уже слышал его.

– Я один. Больше никого нет.

Тот с кем разговаривал мастер. Тот, кого наставник называл “восьмым”!

Коста осторожно отодвинул скатерть – над ним, держа перед собой раскрытые ладони – “безопасно”, стоял высокий сир в белом – до самого пола халате.

Знак клана Арр на отвороте светился ярким золотом.

Волосы, забранные вверх, заплетенные в три косы, серьги в ушах, бритые виски и шрам, пересекающий одну бровь наискось. Загорелое и обветренное лицо дышало спокойствием, как будто сир был готов стоять так всю ночь – не двигаясь и не выказывая совершенно никакого нетерпения.

Коста выполз на четвереньках, отряхнулся и выпрямился, расправив плечи, встав лицом к лицу.