Перед смертью не накрасишься

Она ухватила мерзкую бабу за перламутровую пуговицу дорогущего пиджака и, ничуть не смущаясь, зашипела ей прямо в лицо:

– Слушай ты, потаскуха! Если ты еще раз посмеешь на меня повысить голос, я в тот же момент покажу твоему мужу вот эти фотографии.

И Оксана показала побледневшей Эрике снимки компромата. Но Эрика оказалась не так проста.

– Ха! – презрительно воскликнула она. – Да мой муж знает о моих мужчинах! Он прекрасно понимает, что такая красавица, как я, не может принадлежать ему одному!

– Да что ты? – прищурилась в ответ Оксана. – Может быть, тогда прямо сейчас и покажем ему эти фотографии?! Пусть порадуется, какая у его жены популярность!

Эрика быстро выхватила у Оксаны фотографии и одним движением разорвала их пополам. А потом еще раз и еще раз.

– Вот тебе – пазл! – крикнула она. – Отдай моему мужу, пусть собирает!

– Очень глупо! – отреагировала Оксана. – Зная твой характер, я приготовила не один, а целых три комплекта фотокарточек. Один ты уничтожила, но остались еще два! А могу напечатать хоть и десяток!

Надо отдать должное Эрике, она умела проигрывать. Взглянула на Оксану и уже совсем другим, деловым тоном спросила:

– И чего ты хочешь? С тобой, я вижу, надо дружить. Так чего хочешь?

– Хочу, чтобы ты оставила меня в покое. Нет! Не просто оставила в покое, а каждый день повторяла своему мужу, какой я неоценимый работник. Какой у меня порядок в офисе и в делах. И как ему повезло, что он взял меня к себе на работу!

– А не много ли ты хочешь, деточка?

– Нет, не много. И еще… Учти, Эрика, если меня вдруг уволят без всякой на то причины или, наоборот, по веской причине, вроде воровства или еще чего-нибудь в том же духе, то эти фотографии появятся не только на столе у твоего мужа, но и в парочке газет. Думаю, что публичного позора Владимир Иванович тебе точно не простит. И твоя песенка будет спета! Никаких любовников, никаких соляриев! Домашний арест, а то и окончательный развод с потаскухой!

Эрика так злобно уставилась на Оксану, что той в один момент даже показалось, что женщина накинется на нее с кулаками. Но нет, пронесло. Эрика ограничилась тем, что злобно прошептала:

– А ты молодец! Что же, признаю, я тебя недооценила. Ладно, пусть будет по-твоему. Работай, раз это для тебя так важно. А я буду петь своему мужу дифирамбы в твою честь. Но учти, если ты раскроешь рот, то я тебе такую подлянку подкину, что мало не покажется. У тебя ведь, дорогуша, тоже, кажется, муж имеется?

Муж у Оксаны был, и очень ревнивый. Так что Оксана заверила Эрику, что с ее стороны подвоха не будет. И эту договоренность обе женщины свято исполняли. Со стороны могло показаться, что обе женщины – лучшие подруги. Оксана при случае говорила Владимиру Ивановичу, как восхищается его супругой, ее красотой и характером.