Перед смертью не накрасишься

Пусть сегодня же к Гошику и зайдет!

Подругам насилу удалось удержать женщину от звонка. Вот уж воистину материнская любовь слепа! Гошик ей и гроша за долгие годы не подкинул, а ведь сам живет вполне обеспеченно. Мать же все равно готова простить ему равнодушие, черствость и эгоизм. Мчаться и опекать свое дитя.

– Скажите, а ваша сестра здорово сердита на вашего сына?"

"Худое лицо больной женщины вытянулось еще больше. И сама она как-то еще больше осунулась. Видимо, подруги задели за живое.

– М-да, – промямлила она. – Татьяну с Гошиком я бы в одной комнате не оставила.

– Все так серьезно? Она могла бы причинить ему вред? Может быть, даже его убить?

– Не убить, но поколотить – это запросто!

– Почему?

– Таня очень сердита на моего старшего, – виновато произнесла женщина.

– Он совсем вам не помогает?

– Ну что вы! Гоша очень хороший! Он нас очень любит! Просто у него такой период, что он… что мы… Одним словом, вы Таньку не слушайте, если она вам про Гошика гадости разные говорить будет. У Тани у самой детей никогда не было. Вот она к моему Гошику и цепляется. А он хороший мальчик. Не пьет, не колется. В жизни грубого слова мне не сказал. Ласковый, словно котеночек. Хороший мальчик! Никаких денег мне от него не нужно! Это все Танька себе в голову вбила, что он должен нам помогать. А я ей всегда говорила, что мальчику и самому нелегко приходится. Этот его салон красоты больше денег сжирает, чем дохода приносит!

Вот, значит, как Гоша объяснял свою скупость. У него нет денег! Ну, что же, ситуация вполне заурядная. Нет денег – на нет и суда нет. Узнать правду не выходящая из дома женщина вряд ли сможет.

– А ваша сестра работает в Тосно?

– Нет, что вы! У нас в Тосно работы практически не найти. Но Тане повезло! Она устроилась домработницей к очень богатым людям! Правда, каждый день в Питер мотаться приходится. Да и хозяйка жуткая вредина, но Таня все равно счастлива. Если бы не эта ее работа, то даже и не знаю, как бы мы жили.

Кира открыла рот, чтобы задать женщине следующий вопрос, но в это время в прихожей раздался звук открывающейся двери, и мальчишечий голос произнес:

– Мама! Вот я и дома!

– Данечка! – просияла женщина. – Солнышко мое! Уже пришел?

В комнату вбежал мальчик лет десяти-двенадцати с шустрыми темно-карими глазами.

– Да, мама. Пришел. Уроков нам не задали. Можно я пообедаю и гулять пойду? Меня ребята звали.

– Иди, Данечка. Иди, солнышко. А уроков вам точно не задали?

– Нет, мама. А что у нас покушать есть?

– Котлетки! И борщ холодный. Сейчас я тебе в микроволновке погрею. И овощи тушеные.

– Ой, мама! – заныл пацан.