Персональный ангел

"

"– Ладно, – согласилась она холодно, понимая, что вступать в дискуссию по телефону нет никакого смысла. Кроме того, она ужасно соскучилась. И все же его наплевательское отношение к жизни раздражало и беспокоило. Так не могло продолжаться до бесконечности.

– Ты чего злая? – спросил он, помедлив.

– Я не злая, – отрезала она, и они кое-как попрощались.

Тимофей приехал в десятом часу – очень рано. Катерина только-только поставила в духовку мясо. Она была уверена, что из Шереметьева он поедет в офис и только потом домой, но он в офис почему-то заезжать не стал.

– Катерина! – заорал он с порога. – Ты дома?

Швырнув под зеркало чемодан, он стаскивал ботинки.

– Я здесь, – отозвалась она из кухни. – Я иду, Тимыч!

Он вздохнул с облегчением – как хорошо, что она дома, никуда не надо ехать, искать, звонить… Как он мечтал вернуться и застать ее в своей квартире, в сарафане или майке, с волосами, перевязанными розовой ленточкой, и босиком.

Она выбежала из коридора, ведущего на кухню, и бросилась ему на шею.

– Как я рада, что ты приехал, – сказала она после того, как они первый раз поцеловались. Она тут же забыла, что была им за что-то недовольна и даже хотела что-то такое ему высказать. – Господи, как здорово, что ты приехал!

Он еще раз поцеловал ее, чувствуя уже ставший привычным быстрый и горячий всплеск желания.

Как он жил без нее?

– Там жара такая, в этой Женеве, – пожаловался он. – Даже жарче, чем в Москве. Я чуть не умер.

– Ну, не умер же, – рассудительно заявила она и поцеловала его в ладонь. – Хочешь, я отведу тебя в ванну? А то мясо еще не готово. Ты вообще-то голодный?

Он посмотрел на нее.

За неделю он совсем отвык от Катерины. От ее голоса, интонаций, смешных словечек и цитат из фильмов. Он забыл ее духи, завитки волос на шее и манеру корчить забавные гримаски.

– Катька, – прошептал он и притянул ее к себе. – Катька…

Он силился что-то сказать, сердце у него бухало, как паровой молот, и даже взмокли короткие волосы на виске. Он сам не знал, что именно хочет ей сказать. Он не знал таких слов и не понимал, что с ним происходит.

Она сжалилась над ним. Над великим и могущественным Тимофеем Кольцовым. Сжалилась и, как всегда, увела разговор в безопасное и спокойное русло.

Но почему-то сейчас это его разочаровало.

– Давай в ванну, Тимыч, – сказала она преувеличенно весело. – Ты весь мокрый. А я мясо посмотрю и подойду к тебе.

Он лежал в джакузи, закинув голову на край и чувствуя, как расслабляется жаркое напряженное тело.

– Ты чего улыбаешься? – спросила Катерина, ставя перед ним стакан с соком. – У тебя вид, как у блаженного Августина.

– Принеси мне портфель, – попросил он и сел прямо.

– Куда? Сюда? – удивилась она. Он кивнул.

– Работать будешь? – еще больше удивилась она.