Первая кровь

Ведь и то, и другое являются эмоциями, которые выражаются ярче всего. А я очень люблю яркие эмоции.

У Эвелин кровь застыла в жилах. Тео хотел ее порезать, вот к чему шел этот разговор. Она незаметно начала осматриваться, ища ножи."

"– Ты собираешься делать со мной то же, что и с теми шлюхами? – спросила девушка, не показывая своего страха, но он не мог не почувствовать ее бешено колотящееся сердце, ведь его ладонь лежала на ее ребрах.

Тео посмотрел ей в глаза и прикусил губу с озорным огоньком в глазах. В следующее мгновение, на ее левую грудь неожиданно опустился шлепок и она взвизгнула от изумления и боли. В глазах выступили слезы, а сосок начало жечь, но не прошло и пары секунд, как жгучее ощущение уступило место теплу, которое распространилось до низа живота, заставляя ее клитор пульсировать, а тело выделять влагу. Эвелин приоткрыла рот, прерывисто дыша, и уставилась на Тео широко раскрытыми глазами.

– Я научился совмещать боль с наслаждением, – шепнул он прямо в ее губы, прежде чем прикусить нижнюю и всосать ее в свой рот. – И судя по всему, ты способна получать это изысканное удовольствие.

Эвелин вцепилась в его плечи, невольно вытягиваясь под ним, когда ее правую грудь тоже обжег звонкий шлепок. На этот раз она зашипела и Тео отстранился с самодовольной улыбкой.

– Помнишь, я сказал, что в следующий раз, когда я буду внутри тебя, ты кончишь? Так вот, до этого момента, я собираюсь заставить тебя умолять, детка.

Он ущипнул ее за соски и Эвелин не сдержала стон. Хотя прикосновения Тео были грубыми и болезненными, ее тело захлестывало извращенное удовольствие. Киска так намокла, что она чувствовала, как вязкая струйка сочится по бедру, а ведь он даже не дотронулся до нее там.

Внезапно, Тео наклонил голову и провел языком по длинному шраму на грудине. Эвелин затаила дыхание, но кожа на этом месте была не чувствительной. Однако, стоило ему отклониться в сторону и слегка укусить за сосок, как она выгнулась, восторженно вздыхая. Гвидиче накрыл ее грудь горячим ртом и принялся посасывать вершинку, отчего ее тело прошибла неконтролируемая дрожь. Пальцы Эвелин сами потянулись к клитору, чтобы облегчить тянущую боль внизу живота, но заметив это, Тео отбросил ее руку, не отрываясь от соска, который посасывал все с большим нажимом. Ее промежность пронзила шокирующая боль, когда тяжелая мужская ладонь с сильным шлепком опустилась на нее. Эвелин взвизгнула, впиваясь пальцами в простыни. Тео с хлопком выпустил покрасневший сосок изо рта и с удовлетворением уставился на багровый засос, переводя взгляд ниже и очерчивая кончиком пальца ее мокрые складочки.

– Детка, да ты на грани, – присвистнул он, раздвигая губки и скользя длинным пальцем в тесную дырочку.