Первый...

Я опять попыталась отдернуть руку, но Кириан лишь сильнее сжал мою ладонь в своей и провел ею по своей возбужденной плоти.

— Он такой из-за тебя. Возьмешь на себя ответственность, неинтересная Чара?

— Я не… Ты… — я сделала глубокий вдох, так и не сумев закончить фразу. Я вообще не могла сказать хоть что-то.

Я даже не была в состоянии осознать к чему прикасалась, но все же сосредотачивалась на своих ощущениях. Не могла заставить себя посмотреть вниз, но чувствовала насколько твердая и горячая его возбужденная плоть. Одно лишь прикосновение обжигало.

Кириан не дождался ответа.

Поцеловал и вновь коснулся лона, при этом наклоняясь ниже из-за чего обнаженная кожа прикоснулась к коже, а меня от этого бросило в лихорадку и тело начало ломить.

— Кириан… — я даже не понимала того, что стонала его имя, но так неистово горела в его руках. Кусала губы и дрожала всем телом. Не понимала, что он делал со мной и никак не могла понять — неужели прикосновения могли быть такими? Действительно хоть что-то могло вызывать такие ощущения? Буквально сводящие с ума и заставляющие забыть все на свете.

Агеластос явно меня мучил.

Иначе я не могла назвать его ласку, которая казалась мне пыткой и лишь через какое-то время, которое переходило в целую вечность, он подвел меня к грани. Она была неизвестна для меня, но, коснувшись черты, я задрожала всем телом. Ощутила себя так, будто меня подбросило в космос. Прямо в невесомость. Как же хорошо мне было.

После этого тело заполнила усталость, в которой я какое-то время ничего не слышала и не видела, но ощутила, как Агеластос начал водить моей ладонью по своему члену и излился мне на живот. Все еще нависая сверху, поцеловал в щеку и, кажется, что-то прошептал, но я его слов не услышала.

В ушах зазвенело и вслед за усталостью пришло понимание того, что мы только что делали.

— Мне нужно в душ, — прерывисто и жутко растерянно сказала, после чего кое-как выползла из-под Кириана и, схватив свою пижаму, так же прикрылась полотенцем.

Больше не оборачивалась. Выскочила в коридор.

Бонус к главе 27

Его губы вновь на моих и я задрожала от нового, но не менее безумного и жадного поцелуя, от которого по телу прошло жаркое покалывание и туман, наполнивший собой все сознание, стал плотнее.

Теперь, даже пытаясь найти у себя в голове хотя бы одну здравую мысль, я могла рассмотреть лишь неясные очертания слов. Но это совершенно не волновало. Более того, это практически не замечалось — не за теми ослепительно яркими искрами, которые вспыхивали перед глазами, несмотря на то, что они все еще были закрыты.

Я чувствовала, то, как прогибался диван и, понимала, что Кириан опирался руками о него по обе стороны от меня и сейчас Агеластос наклонился немного ниже. Его губы оказались на моей шее.