Первый...
Мне всегда говорили, чтобы я держалась от него подальше. Утверждали, что он ужасен. Слишком дикий, наглый и безбашенный — единственный наследник самой влиятельной семьи, а я, глупая, не послушалась. За это была им же уничтожена и только время, а так же ненависть к нему лечат. Жизнь с чистого листа, которая будет перечеркнута, если мы встретимся вновь.
Создавалось ощущение, что прямо до предела, но Кириан все равно делал медленные и осторожные движения, а я чувствовала, как он все глубже и глубже проникал в меня. Странные и для меня даже дикие ощущения. Болезненные, но в тот же момент будоражащие ощущения и при каждом новом толчке Кириана я думала, что он уже полностью вошел в меня, ведь создавалось ощущение, что глубже просто некуда, но уже вскоре он делал новое движение, а я шипела и стонала.
— Я полностью в тебе, — Кириан наклонился и поцеловал меня. Коротко, но сразу же последовал второй поцелуй. Уже теперь совершенно не помогающий успокоиться.
— Так больно? — спросил Кириан, наверное, почувствовав, что я так сильно была зажата.
— Да.
— Нужно еще немного потерпеть, — Кириана оставил легкий поцелуй у меня на плече, после чего немного вышел из меня и сделал новый толчок.
Сразу все еще было больно, но постепенно что-то изменилось. Сначала исчезла боль и вместо нее возникло просто жжение, но и через него через время начали пробиваться новые ощущения похожие на разряды тока. Пока что еще не сильные, но ощутимые. Со временем жжение притуплялось и эти всполохи усиливались, пропуская по телу мурашки и жар. Я ничего не понимала.
— Еще больно?
— Нет, — я отрицательно качнула головой, с трудом поняв, что спрашивал Кириан.
— Тебе хорошо?
— Не спрашивай о таком, — я прикусила губу. Щеки ни на мгновение не переставали пылать от смущения, но в этот момент жар немного усилился.
Я ощущала взгляд Кириана на моем лице. Почему-то казалось, что он смотрел пристально и неотрывно, из-за чего хотелось закрыть лицо ладонями, но я не могла этого сделать. Не была в состоянии оторвать руки от Агеластоса.
Уже теперь каждое движение Кириана заставляло гореть и разряды тока усилились. Я вернулась в то помутнение, которое было до того, как Агеластос сделал первое движение. Нет, это помутнение было куда сильнее и мощнее.

















