Первый...

— Не смей прикасаться ко мне, — сказала и выдернула свою руку, тут же замечая ярость, вспыхнувшую в голубых глазах.

— Что такое? Иерон уже достаточно облапал? Больше не хочется? — с жутким пренебрежением.

Я замахнулась рукой и влепила Кириану сильную пощечину, после чего развернулась и пошла к зданию университета. Нет, я туда практически побежала, так как ощущала, что от Кириана уже сокрушающими волнами исходило то, что неминуемо пугало.

И я знала, что он побежал за мной, из-за чего попыталась ускориться, но, в итоге, оторваться не смогла. Кириан подобно хищнику перехватил меня и перебросил через плечо.

— Что ты делаешь? Я буду кричать, — судорожно сказала, начиная бить кулаками по его спине.

Вот только, я отчетливо понимала, что моя угроза Кириану совершенно не страшна. Он ее проигнорировал, а у меня возникла небольшая надежда на преподавательницу, которая как раз шла по коридору. Я даже крикнула ей «Помогите», вот только, женщина сразу отвернулась, будто не заметила нас. Очередное доказательство того, что Агеластосу многое позволено.

Кириан с ноги открыл ближайшую дверь, после чего занес меня в какую-то комнату.

Послышался звук закрывающегося замка и когда Агеластос поставил меня на пол, я растерянно оглянулась по сторонам. С опозданием поняла, что мы находились в мужской раздевалке. Причем, кроме нас тут больше никого не было.

— Зачем ты раздеваешься? — я широко раскрыла глаза и сделала несколько шагов назад, увидев, что Кириан снял кофту, а вместе с ней и футболку.

— Будешь стирать, — он отбросил свои вещи на скамейку и пошел к умывальнику. Набрал в ладони воду и начал смывать кофе с лица."

"Я воспользовалась моментом и побежала к двери, но чертов замок не поддавался.

Я не имела понятия, как его открыть.

Пару раз ударив ладонью о дверь, я с силой стиснула зубы, а потом и замерла. Кириана не видела, но каждой частичкой своего тела ощутила, что он сейчас стоял прямо за моей спиной.

— Очкарик, — почему-то я была уверена, что Агеластос оскалился.

Я резко обернулась к нему лицом и спиной вжалась в дверь. На него смотрела с ненавистью, а он на меня со злостью. В это мгновение воздух полыхал еще сильнее и я была готова влепить парню еще пару пощечин. Казалось, что мы вдвоем желали об одном — я хотела, чтобы он исчез и перестал существовать, а у Кириана явно было такое же желание, но только касательно меня.

Невозможно ненавидеть сильнее.

Я не выдержала и влепила ему пощечину, а Агеластос еще сильнее оскалился. А потом наклонился и своими губами прикоснулся к моим.

Губы обдало жаром и по коже пробежались острые мурашки. Они покалывали и будоражили, заставляя биение сердца ускориться и зазвучать хаотично. В это мгновение я не могла даже дышать или, тем более, пошевелиться.