Первый (СИ)

При мне никогда не обсуждают владельца клиники, потому что знают, что отец дружит с Валерием Семёновичем. Едва я переступаю порог и ставлю зонт сушиться у окна — девушки переводят стрелки на другую тему.

Поздоровавшись со всеми, останавливаюсь у зеркала и связываю волосы в тугой хвост. Затем закручиваю их в пучок, чтобы не мешали.

Забивая день планами, я не оставила времени на самокопание. Но, тем не менее, не было ни единой свободной минутки, чтобы я не думала об Андрее.

Его прошлое меня не пугает. Настоящее и будущее — тем более. Пугает только то, что он передумал. И это нормально, должно быть. Я улетела для того, чтобы он спокойно во всём разобрался. Там — долгие годы совместной жизни и связывающая крепкая ниточка. У нас с ним не настолько много точек соприкосновения, как того хотелось бы.

— … да, ему сделали повторную операцию, — доносится до меня голос одной из коллег. — Представьте, в «Медике» неправильно установили пластину! Какие уроды, а! Надеюсь, Бакурин подаст на них в суд!

Автоматически поправляю выбившуюся прядку волос, не дышу.

— Поговаривают, что его адвокат уже занялся этим делом.

— Ну и правильно! Бакурин, кстати, к кому записан?

— К Олесе.

Сердце взрывается от количества ударов. Пульс то частит, то замирает. В душе настоящий апокалипсис.

Я вылетаю из кабинета, прижимая к груди мобильный телефон. Открываю поиск, ввожу имя Андрея. В последнее время я перестала следить за спортивными новостями, чтобы не увидеть того, что размазало бы меня окончательно.

В сети полно информации о повторной операции известного гонщика. Более того, там есть и его комментарии.

Я упираюсь в стену, обессиленно оседаю на пол. Читаю одну за другой статьи.

Перед глазами плывёт, громкий стук сердечных ударов закладывает уши.

Кто-то из коллег интересуется, всё ли у меня хорошо. Я отвечаю и продолжаю безотрывно пялиться в текст.

Шумно выдохнув, прижимаю ладонь к левой половине груди. Я хочу к нему. Боже. Нестерпимо хочу. За рёбрами колет, давит.

Я гадкая, неправильная. Лезу в отношения женатого мужчины, но я без него не могу. Ни минуточки, ни секундочки. И будь что будет.

Сжимаю телефон. Планирую набрать его номер, написать сообщение. Но старшая требует, чтобы я немедленно прошла в кабинет и занялась пациентами, а у меня голова забита только одной навязчивой мыслью — скорее бы закончилась смена. Скорее бы, пожалуйста."

"— Здесь электростимуляция мышц спины, — произносит Анна Сергеевна, вручая мне медкарту. — Дальше будет окно.

Киваю, прошу пациента лечь на кушетку. Присоединяю электроды и ставлю тайминг.

Прошло два часа с того момента, как я узнала новость об операции, но до сих пор не получается переварить информацию. И, что самое главное, собраться.