Пески времени

Проблема состояла в том, что сестра Грасиела наотрез отказывалась разговаривать. С начала путешествия она не произнесла ни слова, но при этом не выглядела рассерженной, напуганной или огорченной, и это сбивало Рикардо с толку. Пребывая глубоко в себе, она не проявляла никакого интереса ни к нему, ни к тому, что происходит вокруг."

"Она не жаловалась, хотя шли они в жару по пыльным проселочным дорогам, мимо пшеничных полей, отливавших золотом в солнечном свете, мимо колосившегося ячменя и овса, мимо наливавшихся соком виноградников довольно быстро. Обходя стороной небольшие деревушки, они пробирались сквозь заросли подсолнухов, подставлявших солнцу свои круглые желтые лица.

Когда они перешли через реку Морос, Рикардо спросил:

– Не хочешь немного передохнуть, сестра?

Ответом ему, как всегда, было молчание.

Они приближались к Сеговии, прежде чем свернуть на северо-восток к покрытым снежными шапками горам Гуадаррама, и Рикардо предпринял еще одну попытку завести вежливую беседу:

– Мы скоро будем в Сеговии, сестра.

Никакой реакции.

«Чем же я мог ее обидеть?»

– Ты не проголодалась, сестра?

Молчание.

Его словно не существовало. Еще никогда в жизни Рикардо не испытывал такого отчаяния. Возможно, у нее просто не все в порядке с головой? Тогда это все объяснимо. Господь наградил ее неземной красотой, а потом проклял, наделив слабоумием. Но Рикардо в это не верилось.

Когда они добрались до окраины Сеговии, Рикардо заметил, что в городе многолюдно: похоже, что гражданская гвардия начеку, а когда оказались возле площади Конде-де-Честе, и вовсе увидел солдат, и они направлялись в их сторону.

– Возьми меня за руку, сестра. Мы должны выглядеть, как влюбленная парочка.

Но и эти слова она проигнорировала.

«Господи Иисусе, – подумал Рикардо. – Может, она глухонемая?»

Он попытался взять ее за руку, но сопротивление было таким яростным, что он остолбенел. Монахиня отдернула руку так, словно ее ужалила оса.

А солдаты подходили все ближе.

Рикардо наклонился к Грасиеле и, уже не скрываясь, громко проговорил:

– Не стоит злиться, а то прямо как моя сестра. Вчера после ужина, уложив детей спать, заявила, что все мужчины бездельники: травят байки и смолят свои вонючие сигары, пока их жены крутятся как белки в колесе.

Солдаты прошли мимо. Рикардо взглянула на Грасиелу, но ее лицо, как всегда, ничего не выражало. Ну почему Хайме не вверил его заботам другую монахиню? Эта же словно каменная, и не было такого инструмента, которым можно проломить эту неприступную твердь.

При всей своей скромности Рикардо Мельядо прекрасно знал, что привлекателен и нравится женщинам: высокий, хорошо сложенный, с аристократическим носом, умным лицом и идеально ровными белыми зубами.