Пятьдесят оттенков темного

— Рад отметить, что у вас цепкий ум! Это именно те слова, которые Ровене хотелось бы почаще слышать, — сказал Льюис, вскинув брови.

— Но ведь это на самом деле так! — возразила Харриет.

— На вашем фоне она вряд ли будет выглядеть двадцатилетней девушкой, — скептически усмехнулся Льюис.

— Она сама выбрала меня. Разве я виновата, что мне только двадцать три года?

— Не принимайте мои слова близко к сердцу, — улыбнулся Льюис, умолчав о том, что Харриет отобрал он и выбор его был тщательно обдуманным. Нужно было заставить Ровену ревновать, отвлечь ее от тревоги за свое будущее, возбудить в ней новые эмоции.

Только в этом случае его план мог сработать, только так он мог ей помочь.

Наступила неловкая пауза. Внезапно дверь распахнулась, и в гостиную вошла Ровена, ведя за собой стройного блондина с голубыми глазами и свежим, молодым лицом подростка. Приглядевшись к нему, Харриет тем не менее подумала, что незнакомцу уже около тридцати.

— Крис, я хочу познакомить тебя с Харриет Рэдклифф, — важным тоном произнесла Ровена. — Харриет, позвольте вам представить моего единокровного брата Криса Фолкнера.

Харриет привстала и пожала руку молодому мужчине, откровенно пожирающему ее взглядом.

— Да вы настоящая секс-бомба! — воскликнул он, не скрывая изумления. — Ровена, о чем ты думала, когда приглашала такую красавицу поселиться в этом доме?

К немалому удивлению Харриет, Ровена густо покраснела, на глаза ее навернулись слезы — возможно, это было всего лишь игрой света, падавшего из окна. Однако ответила она вполне спокойным голосом:

— Не говори чушь и не смущай Харриет! Почему бы мне, собственно, и не взять для разнообразия привлекательную девушку в помощницы? Ты знаешь, что я люблю окружать себя красивыми вещами.

— Вещами, но не женщинами! Харриет, вы лучший подарок, который я получил после Рождества. Добро пожаловать в нашу маленькую семью!

Харриет улыбнулась, хотя развязность Криса ей пришлась не по душе. Он явно был плохо воспитан, и даже не верилось, что он приходится Ровене единокровным братом.

Ровена вызвала служанку, чтобы та отвела Харриет в ее комнаты, и с любезной улыбкой сказала:

— Если вам что-то не понравится, дайте мне знать.

Нам хочется, чтобы вы почувствовали себя здесь как дома, стали частью нашей семьи.

— Благодарю вас, — вежливо ответила Харриет, недоумевая, как ассистентка может стать частью семьи. Да и вообще эта троица — муж, жена и ее братец — не соответствовала общепринятому представлению о сплоченной ячейке общества. Харриет предпочла не делать губительных предположений и отнесла услышанное к очередному преувеличению экзальтированной актрисы.

Апартаменты, отведенные Харриет, превзошли все ее смелые ожидания.