Пятьдесят оттенков темного

— А что ты сказала своим сослуживцам?

— Ничего, в понедельник подала заявление об уходе.

— Закажи еще бутылку вина, — сказала Элла. — Такую историю нельзя слушать трезвой. Я хочу сказать, Харриет, что за все десять лет нашего с тобой знакомства ты ни разу не позволила себе ничего в этом роде. Ты всегда была предсказуемой: без труда сдала все экзамены, получила прекрасное место личной помощницы директора крупной фирмы в Сити, была помолвлена с богатым банкиром и намеревалась выйти за него замуж, чтобы родить ему сына и дочь, как это принято. И вдруг такой неожиданный поворот! Это совершенно не в твоем стиле, ведь не ты, а я актриса, и мне положено выкидывать неожиданные номера.

Я всегда пропускала мимо ушей твои разумные советы и слыла непредсказуемой особой. Как случилось, что мы с тобой поменялись ролями?

Харриет стиснула пальцы рук, лежащих на коленях, и тяжело вздохнула:

— Не знаю. Все получилось само собой. Понимаешь, Элла, меня перестала устраивать такая жизнь — размеренная и предсказуемая. Мне захотелось чего-то нового, неизведанного.

— Чего же, позволь спросить? — Элла наполнила свой бокал вином из второй бутылки.

 — Тебе хочется получать больше денег? Удовольствий в сексе? Сделать головокружительную карьеру? Но ведь все это у тебя уже было! Так что же именно тебя не устраивало в твоей размеренной жизни?

— Все! — откровенно призналась Харриет.

Элла внимательно посмотрела на подругу. В свои двадцать три года эта стройная и длинноногая высокая брюнетка с зелеными глазами имела вполне уверенный вид холодного и рассудительного человека, умеющего владеть собой. Сегодня она была одета безупречно, как и всегда: длинный жакет, полы которого были на три дюйма выше подола юбки, и кремовый шелковый платок.

Такой стиль до сих пор вполне соответствовал ее образу жизни. Но сейчас Элла вдруг усомнилась, что знает подругу достаточно хорошо, чтобы судить о том, что у нее в душе.

— И с чего ты намерена начать? — поинтересовалась Элла.

— Хочу найти новую интересную работу! — заявила Харриет.

— Есть какие-то идеи?

Харриет нахмурилась:

— В том-то и дело, что я пока не решила, что именно мне нужно.

Знаю только, что это должно быть нечто особое и увлекательное."

"— Попробуй стать актрисой, — предложила Элла. — Чрезвычайно увлекательное занятие: никогда не знаешь, будет ли у тебя работа на следующей неделе или нет.

Харриет вздохнула:

— Я понимаю, что поступила глупо! Но я ничего не могла с собой поделать! Словно бы внутренний голос твердил мне, что это мой последний шанс. Если что-то и менять, то именно сейчас, иначе будет поздно.

— Дело сделано, ничего не изменишь, — сказала Элла.