Пятьдесят оттенков синего

Выдержать секс-марафон с лягом может не каждая женщина или мужчина, и значит, они их меняют, из-за этого возникает дефицит.

Единый, звучит просто ужасно! Заметив мою мимику, Уотерстоун рассмеялся.

– У тебя на лице такое же выражение отвращения, как у мамы, когда она рассуждает об этой особенности лягов. Она не привыкала к этому с рождения, ей трудно принять такое.

– Признаюсь, мне тоже.

– Вы с матушкой чем-то похожи. Не зря же ей так понравилась Террия, она напоминает ей Землю в ее время или чуть позже.

– Так что же случилось в кафе?

– Мы давно подозревали, что ляги облюбовали вашу систему как мало осведомленную об их темпераменте и аппетитах и пользуются этим. Здесь они – экзотика, и унять свой голод им проще. В кафе ляг проявил нетерпение, видимо, почувствовал, что ты собираешься отказать, и решил тебя обольстить, посчитав твой нейтральный ответ согласием. Нарушил личное пространство.

– Личное пространство… Неужели в Союзе так строго соблюдается этот закон?"

"– Я знаю, что вы его придерживаетесь, но не настолько строго. А вот в остальных галактиках все по-другому. У нас не запрещено насилие, все гораздо хуже – оно порицается обществом, а немилость общества – это страшнее тюрьмы. Безусловно, никто не может вмешиваться в личную жизнь человека до его совершеннолетия, которое наступает в двадцать один год, но подобные поступки совершеннолетнего или еще не достигшего совершеннолетия могут сильно подпортить ему жизнь.

– Перемены всегда тяжелы. Я помню, нам рассказывали по истории о том времени, когда Галактический союз, приняв нас, ввел бесплатное питание, как и везде у себя.

– А на самом деле получилось, что оно ни разу не бесплатное, – кивнул драг. – Все необходимое дается людям только при условии, что они работают, а зарплата идет на личные нужды.

– Что же теперь делать с ним? – я кивнула на ляга.

– Сейчас мы прилетим ко мне и обговорим поведение этого молодого человека с ним самим. Поверь мне, ты будешь совершенно невиновна.

– Угу, – пробормотала я, – это хорошо.

Все оказалось именно так, как и сказал Уотерстоун. Навязавший мне свое внимание мужчина, даже имени которого я не знала, очнулся в разгромленной квартире Уотерстоуна и, оглядевшись, сильно побледнел.

В принципе, я могла его понять. Сначала на тебя нападает женщина, потом тебя привозят в странное место, а рядом с незнакомкой стоит драг, о характере которых ходят легенды. Я вот обязательно составлю еще одну, по итогам своего опыта.

Настороженно на нас поглядывая, ляг внимательно слушал драга, разъяснявшего ему положение. Суть проникновенной речи сводилась к тому, что ляг повел себя недопустимо, нарушал личное пространство, не получив четкого разрешения, навязывал свое внимание.