Пипец Котенку! 4

— Там, — сразу откликается какой-то лысый парень.

Он стоит спиной ко мне, но безошибочно указывает в дальний конец вагона.

— Спасибо.

Топаю в сортир и не успеваю закрыть дверь, как меня буквально вбивают внутрь."

"Какого хрена⁈ Ограбить, что ли, решили⁈

На голову опускается что-то тяжёлое и металлическое. Хорошо, что один слой духовника всегда активен. Но от удара всё равно падаю вперёд, лицом прямо на обоссанный унитаз.

А-а-а! Твою мать! Кто бы ты ни был, тебе конец!

Меня продолжают бить. Сильно бьют, доспех стремительно теряет прочность. Накидываю полную броню, резко подскакиваю и разворачиваюсь.

Нападающий застывает с занесённым молотком.

Тот самый лысый парень, который указал мне путь.

И этого парня я прекрасно знаю.

— Надо же, — злобно усмехаюсь я. — И какого хрена ты здесь делаешь, друг мой?

Парочка картинок Зореславы

Глава 19

Нет, ну правда. Тот, кто стоит передо мной, не может и не должен здесь быть.

То, что он решил пробить мою рыжую башку молотком это понятно. С его точки зрения, есть за что. Кровавая месть, все дела.

Это меня ни капельки не удивляет. Но я искренне поражён, что этот человек стоит сейчас передо мной.

Тарас Овчуков! Мой любимый хулиган из интерната.

Я даже не сразу его узнал. Он похудел и как-то возмужал, что ли. Лицо стало суровее, взгляд твёрже.

Правда, как только Тарас понял, что убить меня не получилось, твёрдый взгляд сразу расплылся, как масло на солнце.

— Ты что, сбежал с каторги? — спрашиваю я. — Нехорошо так делать. Полагаю, надо вернуть тебя обратно. Только перед этим ноги сломать. Опять.

— А-а-а! — дико вопит Тарас, швыряет в меня молоток и убегает.

Молоток тюкает мне прямо в лоб. Я даже не дёргаюсь. Нападение со спины было неожиданным, но теперь-то я готов, на мне полный доспех.

Чтобы пробить его молотком, надо месяц фигачить без перерыва.

Поднимаю несостоявшееся орудие убийства. Смеюсь и быстрым шагом иду за Овчуковым.

— Куда же ты, опарыш? Обними старого друга!

Тарас бежит в тамбур, расталкивает стоящих там мужиков и прыгает в другой вагон.

— Сдурел, что ли⁈ — орут ему вслед.

— Сдурел, сдурел, — киваю я. — Беглый каторжник, представляете?

Следую за убегающим засранцем. Не особо тороплюсь, потому что понимаю — бежать ему некуда. Мы в движущемся поезде. Рано или поздно Тарасик окажется в тупике.

Если только не решится спрыгнуть. Но если решится, это уже не мои проблемы.

Овчуков бежит, толкает людей, спотыкается об их чемоданы, по дороге бьёт кому-то в морду. Он просто олицетворение паники. Как жалкий шелудивый пёс, на которого рыкнул могучий лев.

Однако упорства псу не занимать. Он всё бежит и бежит, надеясь куда-нибудь прибежать. Глупец.

Через несколько вагонов плацкарты кончаются, и мы оказываемся в товарном вагоне. Здесь-то до Тараса и доходит, что спрятаться ему негде.