Пирог от сапожника

Сначала веселились, как все студенты. Я москвич, к сожалению, родителей не помню, они погибли, когда мне четыре года было. Меня воспитывала бабуля, Тамара Андреевна. Жили мы в большой квартире, которую бабушка получила за свои заслуги – она была известной актрисой в советские годы. Дом наш стоит в Воротниковом переулке, апартаменты пятикомнатные. Бабушка скончалась, когда мы с Варюшей перешли на третий курс. Вы же понимаете, личное жилье у кого-то из студиозусов – большая удача для их знакомых. Гости у нас толкались каждый день. После получения диплома пришлось перестать развлекаться, следовало найти работу.

Нам с женой повезло. Сначала меня, потом ее пригласили на съемки многосерийного телефильма. Кто-то презрительно называет их «мылом», а мы любим такие проекты, они помогают людям отдохнуть, расслабиться. Меня утвердили на роль главного героя, Варя получила роль его сестры. Теперь представьте ситуацию: в пятницу улетать нам на съемки в Минск, а во вторник Варюша узнает, что она беременна! Работа рассчитана на два года минимум. Если жена сейчас сообщит о своем положении, то она лишится роли, денег и удачного карьерного старта. Кроме того, об актрисе Игиной пойдет дурная слава среди помрежей. В ее карточке поставят восклицательный знак: ненадежный человек, есть отказ от роли! Жизнь Вари в кинематографе застопорится, не успев начаться! И мы решили: не нужен нам сейчас младенец! Обязательно родим ребенка, но не этого. Я позвонил одной знакомой, та дала телефон. Доктор все сделал ночью, под наркозом. Спокойно уехали. Прошло время, мы с супругой стали известными, узнаваемыми, у нас появились хорошие деньги. Я еще начал заниматься бизнесом. У меня масса всего: биржа актеров, специализированные магазины для съемок, спектаклей, прокат декораций… Время шло, решили перестать предохраняться. Но беременность никак не наступала. Через несколько лет перешли на ЭКО. Одно, второе, третье, четвертое – безрезультатно. Вот так нам аукнулся тот аборт. Навсегда запомнил, как ехали рано утром с женой на съемки, накануне в очередной раз узнав, что ничего не получилось. Мы уже давно воцерковленные, каждый день просим Господа о даровании наследника. Но нет!

Герман отвернулся к окну. Варя еле слышно продолжила:

– Пожаловалась мужу, что больше не могу.

Нет сил терпеть как физическую, так и моральную боль. Давай, говорю, усыновим мальчика. Гера как закричит: «Нет! Раз Господь нам не дает малыша, значит, нам он не нужен. Похоронили тему. Захотят на небесах нас родителями сделать – дадут ребенка. Все. Точка!» Я заплакала. На Бога надейся, а сам не сиди сложа руки. Открыла рот, решила сказать, что изменила позицию: «Под лежачий камень вода не течет! Сделаем еще одно ЭКО. Если опять ничего, то остановимся».