Пирог от сапожника

Но и жажда мести отсутствует. За время сидения на цепи я выпросила у мамы книги. А та не верит ни в Бога, ни в нечистого и знает, что я в церковь никогда не ходила, все, что связано с православной верой, мне чуждо. Да, я считала, что в современном мире в доброго дедулю на небесах верят только глупые старухи. Кто-то из космонавтов Бога видел? Нет! И что сделала мать, когда услышала мою очередную просьбу дать хоть какую-то литературу? Бросила у матраса «Жития Святых», Библию, всякие тома по православию, не поленилась библиотеку притащить, не пожалела денег все купить, ехидно сказала: «Думай о вечном, скоро в ад отправишься, если не расскажешь, где билет».

Решила надо мной поиздеваться. Я книги в углу сложила, ни одной не открыла – не нужны мне поповские бредни и сказки. А потом такая тоска обуяла, что взяла одно произведение. Автор – святой Паисий Святогорец, название – «О молитве». Сейчас понимаю, сам Господь мне утешение послал. Начала читать то, что никогда на воле бы не тронула, поняла, что Бог есть, Он все видит, послал мне испытание. Умру на этой цепи с молитвой на устах, но никогда не скажу, как негодяйкам деньги получить. Они их на милосердные дела не потратят. А матери моей спасибо. Благодаря тому, что она со мной сделала, я стала верующей».

– Да уж, – покачал головой муж, – не знаешь, где найдешь, где потеряешь.

Глава тридцатая

Когда на следующий день мы все собрались в офисе, я рассказала о своей поездке в больницу и завершила свой доклад словами:

– Слышала уже эти имя, фамилию, звучали они в нашем расследовании. Арина Великанова, беременная женщина – супруга Бориса Юдина. Семья живет в селе Рукино. Там же обитает Лидия Голикова, та, что купила дом Нукиной, где незаконно работает роддом.

– Куда делась Софья Эмильевна, нам неведомо, она испарилась без следа, – добавил Димон. – А с госпожой Голиковой все ясно, она дама обеспеченная, перебралась в столицу из провинции, открыла маленькую поликлинику в спальном районе Новой Москвы, платит налоги, спит спокойно. О роддоме нигде ни слова, в Рукино у Лидии коттедж.

– Арина при первой встрече нагрубила мне, женщина очень нервничала. Я подумала, что у беременной тревога в преддверии предстоящих родов. А когда мы с Лавровым собрались уходить, Арина подбежала к нам, извинилась за свое поведение.

А что с матерью Амалии?

– Сегодня утром попытался с ней поговорить, – сказал Иван Никифорович, – но у госпожи Рыбкиной через некоторое время случился взрыв агрессии. В кабинете еще присутствовал Андрей Кулагин, он в своем ведомстве лучший по делам о похищении людей. Успокоить женщину не удалось, ее отправили в специализированную клинику. Это пока все.

Я молча покосилась на свой телефон, увидела послание от Рины и встала.

– Ты куда? – удивился Иван Никифорович.