Пирог от сапожника

Юдин мог увести жену, поднять скандал, потребовать, чтобы супруга ушла с ним. Мы не можем их задержать. Да, парень произносит злые слова, но уходит. Создается впечатление, что тиран не против откровений второй половины.

Я взяла бутылку с водой, открутила крышку.

– И последний, – добавила Маргарита Филипповна. – Зачем Рыбкина приехала в Рукино и устроила там скандал?

Психолог определенно хотела продолжить, но раздался резкий противный звук, который получится, если острым ножом провести по тарелке.

– Вот нужное место, – произнес голос Бориса, – знаю этот ресторан.

Чек запредельный, готовят гадко, народа никогда нет. Держится заведение на плаву, потому что им владеет жена какого-то олигарха. Его прибыль от жральни не волнует, а баба при деле, типа бизнесвумен.

– Тебе надо пиаром заниматься, – засмеялась Амалия, – так забегаловку разрекламировал, что мимо пройти нельзя.

Раздались скрип, шорох, потом какой-то мужчина заявил:

– Бесплатная парковка только для посетителей.

– Понятно, – ответил Борис, – как раз в ресторан направляемся.

Мы все терпеливо ждали, пока автомобиль остановится, компания зайдет в зал, сделает заказ.

В конце концов хлопоты завершились, и Борис произнес:

– Девочки, вы гениальные актрисы.

– Ты тоже хорош, – похвалила мужа Арина.

– Зато Великанова накосячила, – ехидно заметила Амалия.

– Где? – вмиг обиделась супруга Юдина. – Как по нотам сыграла!

– Порой вместо ля-мажора звучал фа-минор, – возразила Амалия. – Просила тебя: никакой отсебятины! У тебя главная роль жертвы свекрови и мужа. Про Нинку говорить не следовало, вообще!

– Так вопрос задали, – начала отбиваться подруга.

– И что? – хмыкнула Амалия. – Следовало мимо ушей пропустить.

– Меня могли арестовать! – заныла Великанова.

– По какой причине? – поинтересовался Борис.

– Я же организатор похищения Амальки! – всхлипнула Арина.

– Мы были не в полиции, а в офисе этих бригад, они не имеют права никого задерживать. Это типа частные сыщики!

На лице Ивана Никифоровича промелькнула улыбка. Я поняла, о чем подумал муж. Мы можем подождать, пока за ними приедут с ордером.

– Хорошо тебе говорить! – рассердилась Арина. – Ты в нашем спектакле жертва, а я кто?

– Гадкая подружка, которая за копейки Амальку продаст, – подсказал Юдин.

– Шикарно! – взвилась Арина. – Сами они не могут арестовать, зато друзья у них есть. Позовут, и я где буду? Пришлось им про Нинку рассказать. Дело-то как было? Мы с Борей ночевали у Лидии Григорьевны в Тауэре. Очень захотели хоть одни сутки вместе провести, без мамаши придурочной. Прикинь, она могла ночью без стука дверь спальни распахнуть, спросить: «Спите? Если нет, то пусть Боря мне массаж сделает – спина болит».

– Почти каждую ночь мамаша к нам лезла, – дополнил Борис.