Пламя и кровь

Старший сын Дейемона Велариона, впервые став отцом, нарек сына Корлисом в честь первого лорда-командующего Королевской Гвардией, но впоследствии тот стал известен как Морской Змей.

Вскоре подошел и срок королевы. В седьмом месяце 53 года она родила крепкую, здоровую девочку, которую назвала Дейенерис. Король, узнав об этом в Каменной Септе, тотчас же прилетел. Он надеялся на второго сына, который стал бы его наследником, но дочь полюбил, как только взял на руки. Радовалась и вся страна – за исключением Драконьего Камня.

Одиннадцатилетняя Эйерея Таргариен, дочь Эйегона Некоронованного и сестры его Рейены, считалась наследницей Железного Трона, сколько себя помнила (помимо тех трех дней, которые прожил новорожденный принц Эйегон).

Пылкая, волевая, острая на язык Эйерея наслаждалась вниманием, которое оказывали ей по этой причине, и злилась на то, что маленькая принцесса оттеснила ее от трона.

Ее мать королева Рейена, скорее всего разделявшая чувства дочери, не говорила об этом даже с ближайшими своими наперсницами. Рейене в ту пору хватало своих забот: между ней и любимой подругой Элиссой Фармен случилась размолвка.

Элисса, которую старший брат лишил всяких средств, попросила у Рейены золота, чтобы построить на Дрифтмарке новый быстроходный корабль и уплыть в Закатное море. «Нет, – ответила королева, – я не вынесу разлуки с тобой». Но Элисса услышала только «нет».

Мы из своего далека ясно видим предвещавшие беду знаки, но тогда даже архимейстеры Цитадели, составлявшие гороскоп на будущий год, ни о чем не догадывались. Никто из них не думал, что год сей станет одним из самых темных в долгой жизни Джейехериса Первого; что он будет отмечен смертью, расколом и бедствиями; что и мейстеры, и простой народ назовут его Годом Неведомого.

Первая смерть случилась сразу после новогодних торжеств: скончался во сне септон Освик. Он был стар и некоторое время прихварывал, но его кончина омрачила весь двор. Он согласился поженить Джейехериса с Алисанной в то время, когда королева-регентша, десница и Вера были против этого брака. Король, не забывший этого, велел похоронить септона на Драконьем Камне, где тот долго и верно служил.

Пока Красный Замок пребывал в трауре, из Штормового Предела пришла новая весть, предвещавшая, казалось бы, радость: королева Алисса в свои сорок шесть снова ждала ребенка! «Еще одно чудо», – сказал великий мейстер, вручая письмо королю.

Септон Барт, принявший на себя обязанности покойного Освика, был настроен менее радужно. Королева еще не совсем оправилась после рождения сына, замечал он; вряд ли у нее хватит сил доносить до срока это дитя. Но Робар Баратеон, преисполненный надежд на второго сына, только отмахивался: жена-де родила уже семерых, а где семь, там и восемь.