Пламя и кровь

«Королеву предавали так часто и столь многие, что она готова была видеть в людях самое худшее. Предательство более не удивляло ее; напротив, она ожидала его даже от тех, кого больше всех любила», – пишет септон Евстахий.

Может, так оно и было. Однако спешить Рейенира не стала; прежде она послала за Мисарией – плясуньей и блудницей, которая считай что была мастером над шептунами при королеве. И вот та предстала перед королевским советом; бледная, как молоко, облаченная в одеяние черного бархата, отороченное кроваво-красным шелком, она стояла перед ними, смиренно склонив покрытую капюшоном голову.

Королева спросила: не думается ли ей, что сир Аддам и Крапива замышляют предать их?

На это Глиста подняла глаза и тихо молвила: «Девчонка уже предала вас, моя королева. Она делит ложе с вашим супругом и вскорости будет брюхата его бастардом»."

"Королева пришла в ужасную ярость, пишет септон Евстахий. Она приказала сиру Лютору пойти в Драконье Логово в сопровождении двадцати золотых плащей и взять Аддама Велариона под стражу; голос ее был холоден как лед. «Допросите его как следует, – сказала она – тогда мы наверняка узнаем, верен ли он нам».

Что до Крапивы, то королева заявила, что девчонка «поганая дрянь, от которой за версту несет колдовством. Мой принц никогда бы не возлег с таким низменным созданием – это все равно, что разделить ложе с бродячей сукой или дикой свиньей. Да одного взгляда на нее достаточно, чтобы понять, что в ней нет ни капли драконьей крови. Сперва она привязала к себе колдовством дракона, а после околдовала и моего благородного супруга». Пока принц Дейемон в рабстве у этой колдуньи, положиться на него нельзя, решила ее величество, и велела отправить в Девичий Пруд особый приказ, который следует передать лично в руки лорда Моутона. «Пусть вытащит ее хоть из-за стола, хоть из постели и отрубит ей голову. Лишь тогда мой принц будет свободен». И вот одна измена породила другую, а Рейенира сделала еще один шаг навстречу своей гибели. Как только золотые плащи во главе с сиром Лютором, вооруженным королевским указом, поднялись на холм Рейенис, двери Драконьего Логова распахнулись; Морское Чудо взмыл в небо, из ноздрей его струился дым: сира Аддама кто-то вовремя предупредил. Сир Лютор, разозленный таким вмешательством, вернулся в Красный Замок и отправился прямиком в башню десницы, где схватил и обвинил в предательстве старого лорда Корлиса. Тот ничего и не отрицал; связанного, избитого, но по-прежнему не проронившего ни слова, его бросили в темницу, где ему предстояло ожидать суда и казни.

После этого королева заподозрила и великого мейстера Герардиса – ведь тот, как и Морской Змей, выступал в защиту драконьего семени.