Пламя и кровь
Тирион Ланнистер еще не стал заложником жестокого рока, Бран Старк еще не сделался калекой, а голова его отца Неда Старка еще не скатилась с эшафота. Ни один человек в Королевствах не смеет даже предположить, что Дейенерис Таргариен когда-нибудь назовут Матерью Драконов. Вестерос не привел к покорности соседние государства, и Железный Трон, который, согласно поговорке, ковался в крови и пламени, далеко еще не насытился. Древняя, как сам мир, история сходит со страниц ветхих манускриптов, и только мы, септоны, можем отделить правдивые события от жалких басен, и истину от клеветнических наветов.Присядьте же поближе к огню, добрые слушатели, и вы узнаете:– как Королевская Гавань стала столицей столиц,– как свершались славные подвиги, неподвластные воображению, – и как братья и сестры, отцы и матери теряли разум в кровавой борьбе за власть,– как драконье племя постепенно уступало место драконам в человеческом обличье,– а также и многие другие были и старины – смешные и невыразимо ужасные, бряцающие железом доспехов и играющие на песельных дудках, наполняющее наши сердца гордостью и печалью…
Манфрид Моутон, еще слабый после болезни, просил ничего не решать до тех пор, пока леди Джейна Аррен и лорд Карон не приедут из своих замков, но двое других заявляли, что те лишились своих мест в совете, покинув Королевскую Гавань. Лорд Пек при поддержке великого мейстера (после Манкен в этом раскаялся) отменил все назначения Эйегона: двенадцатилетний мальчик не вправе-де решать в столь важных делах.
Командующим Королевской Гвардией утвердили Марстона Уотерса, белые плащи с Масси и Дарклина сняли, дабы сир Марстон сам выбрал, кому их вручить. Орвила вернули в башню ждать казни. Лорду Ровану, чтобы не обидеть его, предложили место верховного судьи и мастера над законом. Алину Велариону и предлагать ничего не стали: всем и так было ясно, что юноша его лет и сомнительного происхождения лордом-адмиралом служить не может. Должности десницы и лорда-протектора объединил в своем лице Анвин Пек.
Гриб говорит, что Эйегон встретил распоряжения регентов угрюмым молчанием и возразил лишь против отставки Масси и Дарклина. «В Королевской Гвардии служат пожизненно», – заметил он, на что лорд Пек ответил: «Только если их назначают должным порядком, ваше величество». Все прочие указы, как пишет Евстахий, король принял «учтиво», сказав «ибо я еще мальчик и нуждаюсь в ваших мудрых советах». Истинных своих чувств, какими бы они ни были, он не выказал и вновь ушел в свою скорлупу."
"Вплоть до своего совершеннолетия Эйегон почти не участвовал в управлении государством, лишь ставил свою подпись и печать на бумагах, которые ему подавал лорд Пек. Он усаживался на Железный Трон в дни торжеств и принимал послов, но и только; в Красном Замке его видели редко, вне его стен – не видели вовсе.
Прервем на миг наш рассказ и поближе познакомимся с лордом Пеком, который почти три года негласно правил Семью Королевствами как регент, десница и лорд-протектор.
Его дом, один из самых старых в Просторе, уходил корнями в Век Героев и еще дальше, во времена Первых Людей. Среди предков лорда Анвина насчитывались такие легендарные фигуры, как сир Урратон Щитокрушитель, лорд Меррин Писец, леди Ирма Золотая Чаша, сир Баркен Осадник, два лорда Эдсона, Старший и Младший, лорд Эмерик Мститель. Многие Пеки, когда Простор был самым богатым и могущественным королевством Вестероса, служили в совете Хайгардена. Именно Лоримар Пек изгнал на Север чересчур высоко занесшихся Мандерли; за эту услугу король Персеон Третий отдал ему их усадьбу Данстонбери со всеми угодьями, а сын Персеона Гвейн взял в жены дочь лорда Лоримара. Она стала седьмой девицей из дома Пеков, восседавшей на зеленом троне Гарденеров как королева Простора.

















