Планета Вода

Она обожала быть в центре внимания, а тут представилась отличная возможность покрасоваться. Элиза возвращалась со съемок исторической фильмы, которую готовили к 300-летию дома Романовых. Играла порочную паненку, которая пытается склонить патриарха Филарета к капитуляции перед римским папой. Роль не очень большая, но эффектная. Иезуитскую темницу и вообще всю польскую часть снимали в Ченстоховой, где превосходные локации и готовые декорации.

Вступая в брак, влюбленный Эраст Петрович пообещал, что будет сопровождать жену во всех поездках. И уже больше года таскался за нею на гастроли и на съемки, чувствуя себя то ли рабом, прикованным к скамье галеры, то ли болонкой на поводке. И никуда не денешься. Слово благородного мужа – не бабочка омурасаки.

– Это какого же царя? – спросил усатый господин, сидевший за соседним столиком, глядя на Элизу с удовольствием, отчего ее глаза засветились чудесным блеском."

"– Ну как же! Василия Шуйского. Он был ужасный интриган и хитрец, но малодушный и несимпатичный.

Слушатель тронул ус и осторожно покосился на Фандорина и Масу, пытаясь понять, кем они приходятся красавице.

– Как интересно, сударыня! А я, представьте, из гимназического курса ничего не помню. Царь Иван Грозный, царь Борис Годунов – помню. А царь Василий Шуйский – убей бог…

– Историю отечества нужно знать, – укоризненно молвила Элиза. – Я вам сейчас всё расскажу.

Фандорин быстро скомкал салфетку и поднялся.

– Пойду уложу б-багаж. Скоро станция.

Вскочил и Маса, до сих пор помалкивавший и лишь кидавший на господина сочувственные взгляды.

– Буду помогачь!

Элизе, слава богу, было не до них – у нее появились слушатели. Кроме усатого господина еще несколько пассажиров заинтересованно смотрели на прелестную рассказчицу.

– Весь багаж я уже сложил, – сказал Маса по-японски, когда они вышли из вагона-ресторана. – Вам нужно отдохнуть. Покурите, господин. Время есть.

Из Ченстоховой до Варшавы шел и прямой поезд, но в кассе не оказалось билетов первого класса, а вторым Элиза ездить отказывалась, поэтому пришлось добавить в маршрут лишнюю пересадку в Кельцах. До этого губернского центра оставалось не более четверти часа.

Эраст Петрович мрачно раскурил сигару. Японец деликатно вздыхал, отгоняя густой дым веером.

– Я придумал, чем вас утешить, господин. Читали ли вы «Сказание о Доране Кукумото, женившемся на девушке, которая оказалась лисицей?»

– Не читал, – буркнул Фандорин. – Но с-содержание легко угадывается. Какой-то самурай по имени Доран Кукумото женился на девушке, а она оказалась оборотнем.

Маса расстроился:

– Вам неинтересно рассказывать. Вы всё всегда знаете заранее. Но даже вы не угадаете, чем заканчивается сказание.

– Как все истории про самурая и кицунэ, я полагаю.