Платформа Беговая. Книга I. Алёша – путь к мечте

Назар протёр рукой лицо, как бы пытаясь прогнать это странное наваждение, хотя даже нет, это не наваждение. Он и сам не знал, что это.

«Нужно прекращать столько пить», – промелькнуло в его сознании. Он с радостью зацепился за эту мысль, которая рационально объяснила всё это странное, но теперь такое объяснимое, что он почувствовал в ту секунду, видя эти глаза.

Назар сжал бока коня и на резвой рыси сразу поскакал на нём в сторону скакового круга, зная, что по асфальту нельзя рысить, но сейчас ему нужно было поскорее уехать от того, что он всё же так и не мог объяснить себе.

Конь почувствовал настроение всадника, и только сдерживающий его повод не дал ему набрать скорость прямо с ходу, а вот когда они вышли на песчаный круг, Аметист ощутил свободу и такой энергичный толчок ног всадника по своим бокам, что с места рванул в карьер.

И Назар забыл всё, как только лавина воздуха ворвалась в его лёгкие, как только пространство слилось в единый поток, и в ушах зазвучал гул от стука копыт, слившийся со стуком его сердца."

"Как же он любил эту свободу, как же он любил этот полёт, этот воздух, это небо над головой и крылья, которые вырастали у него, как только конь нёс его на себе, набирая скорость.

Вскоре они вернулись на конюшню. Назар знал, что все эти лошади, на которых он ездит, уже не так молоды и не так здоровы, и поэтому долгая скачка уже не для них. Он любил лошадей и берёг их. И как бы он не хотел скакать дольше и быстрее, он понимал, что нужно пожалеть коня, и тогда он переводил его в рысь, а потом в шаг и с сожалением, что его полёт так быстро закончился, возвращался на конюшню.

Зайдя во внутрь и ведя под уздцы коня, он опять увидел её, ту самую девчонку в кепке и с такими глазами. Она тоже увидела, как они входят, быстро подошла к нему, не поднимая головы, перехватила повод, уводя коня рассёдлывать. Назар сначала хотел заговорить, но потом решил спросить о ней у Петровича. Хотя вот странно, вроде он её и раньше здесь видел. Назар напряг память, да, видел. Все эти два года, что он ездит сюда кататься, и они крышуют ипподром, он видел её на конюшне. Да вот только это кепка, вечно скрывающая лицо, и сама она особо всегда старалась им всем на глаза не попадаться. Всегда с лошадьми носится, то в ногах у них сидит, что-то там мажет или бинтует, то с тачками навоза ходит, убирается, то конюшню метёт. Теперь Назар восстановил в памяти все моменты, когда он её видел. Поэтому не удивительно, что он её и не замечал: тощая, да и одёжка на ней не очень, как мальчишка одевается, треники вечно растянутые на коленках и эта кепка. Вот только хвостик волос сзади. Да и два года назад она ниже ростом была, а сейчас подросла.

Думая об этой странной девчонке с глазами утреннего неба, Назар вернулся к столу в каптёрке. Там пьянка шла уже полным ходом.