Влюбленный повеса

Неудивительно, что у таких красивых родителей подрастала прелестная дочь. Джудит унаследовала золотисто-рыжие волосы матери и прекрасные синие глаза — такие же, как у ее отца, Регины и Джереми. Девочка была не по годам развита, а ее замечания отличала забавная и трогательная откровенность.

Незадолго до ужина Джудит подошла к Дэнни, несколько минут смотрела на нее в упор, а потом объявила:

— А ты очень красивая.

— Ты тоже.

— Знаю. — И девочка вдруг недовольно вздохнула. — Говорят, когда я вырасту, папа со мной еще наплачется.

— Почему?

— Из-за женихов.

— А их будет много? — полюбопытствовала Дэнни.

— Да, сотни! Дядя Джеймс говорит, папе с ними не справиться. И его задразнят… — она придвинулась ближе и шепнула: — задницей!

Дэнни подавила смешок.

— А ты сама что думаешь?

— Наверное, дядя Джеймс прав.

Дэнни невольно рассмеялась и тут же пожалела об этом: взгляды всех присутствующих обратились на нее. Но это было еще терпимо, хотя и неудобно, если бы на нее вместе со всеми не смотрел и Джереми.

Он как раз обходил гостиную, перебрасывался шутками с родными, встречал их и старался не обращать внимания на Дэнни, занявшую пост у самой двери. Но теперь, услышав ее смех, он буквально пожирал ее взглядом. Все вдруг заговорили о ней: Дэнни знала это, чувствовала, даже улавливала обрывки разговоров, хотя и не могла понять, зачем она им сдалась. Для себя она уяснила, что быть в центре внимания очень неловко.

В другом углу комнаты Энтони прошептал Джереми:

— Посели ее отдельно. Если слуги узнают, что ты спишь с ней, пойдут сплетни. Да, Джейсон двадцать пять лет держал в любовницах собственную экономку, но у него был потайной ход в комнату Молли. А в этом Доме ничего подобного нет.

— Я с ней не сплю.

— Наглая ложь. — Энтони хмыкнул. — Таких лакомых кусочков раньше ты не пропускал.

— Я и теперь не собирался, — буркнул Джереми. — Но пока не время.

Энтони приподнял вороную бровь.

— Теряешь форму, дружище? Джереми нахмурился:

— Похоже на то. Приходится постоянно напоминать себе, что таких, как она, больше нигде не найти.

— Да, редкостная красавица. Но ты имел в виду что-то другое?

— И ее красоту тоже. Оказалось, что в ней нет ровным счетом ничего заурядного. Прошлое, привычки — все в ней неожиданное и странное.

— Джереми, этого просто не может быть, — возразил Энтони.

— Еще как может! Вчера она говорила, как уличный оборванец, Сегодня обратилась ко мне, как учитель английского! Она мыслит по-мужски. А еще несколько дней назад она носила панталоны — в таком наряде она проходила целых пятнадцать лет. Но едва примерив юбку, она захотела замуж, — сварливым тоном закончил Джереми.

— За тебя? — закашлялся Энтони.

— Нет, она знает, что я убежденный холостяк, потому и не желает иметь со мной ничего общего.