Пленница Гора

Я хотела быть рядом с этими девушками, быть свободной, отдаться вместе с ними этому дикому, безудержному танцу, выть и кричать так же, как они – женщины, мои сестры, томимые неутолимым, сжигающим их желанием.

И вдруг в голове у меня словно прояснилось.

“Нет! – закричала я про себя. – Нет! Никогда! Я – женщина с Земли! Я – Элеонора Бринтон! Я никогда не позволю себе ничего подобного!”

– Кейджеры! – крикнула я лежащим на земле девушкам. – Рабыни!

Я не испытывала никакого страха. Наоборот, меня переполняло ощущение какого-то неудержимого, граничащего с истерией триумфального торжества.

– Рабыни! – кричала я разбойницам. – Кейджеры!

Теперь я знала, что я лучше их! Я не пыталась обмануть свою природу! Я была выше их. Пусть связанная, с невольничьим клеймом на теле, я была в тысячу раз лучше, чище, величественнее, чем они. Я была Элеонорой Бринтон. Раздетая, поставленная у позорного, невольничьего столба, я оставалась благороднее и лучше этих горианок, рабынь по самой своей природе.

– Рабыни! – с презрением бросала я им. – Кейджеры!

Они не обращали на меня внимания.

Охваченная истерикой, я снова и снова выкрикивала им оскорбления, но не услышала ни слова в ответ.

Постепенно я успокоилась и почувствовала, что удовлетворила свою злость. Затекшие руки у меня болели, спина ныла, но я не испытывала от этого большого огорчения. Мне казалось, что звезды у меня над головой сияют особенно ярко, а уплывающие по небу луны прощаются со мной с особой теплотой.

Над поляной стояла чарующая тишина.

Разбойницы лежали на земле словно в оцепенении. Некоторые из них тихо стонали, у кого-то на щеках блестели слезы.

Значительно похолодало, и я невольно стала дрожать, но сейчас меня это не беспокоило.

Меня согревало чувство внутреннего удовлетворения. Раздетая, выставленная у позорного столба, я была в эти минуты довольна собой. Ко мне вернулось чувство собственного достоинства. Теперь я знала, что я несравненно выше этих так называемых свободных женщин, этих заслуживающих всяческого презрения существ!

Наконец девушки одна за другой поднялись с земли, натянули на себя шкуры и разобрали свое оружие.

Вьерна, их предводительница, подошла ко мне.

Я стояла, гордо расправив плечи.

– Мне кажется, – заметила я, – что совсем недавно ваши тела двигались точно так же, как тела обычных рабынь!

Вьерна наотмашь ударила меня по лицу.

– Мы – свободные женщины, – с расстановкой произнесла она.

На глаза у меня навернулись слезы. Я почувствовала на губах привкус крови. Но у меня не вырвалось ни звука, ни стона. Я улыбнулась и гордо отвернулась в сторону.

– Давайте ее убьем, – предложила разбойница, приведшая меня сюда на веревке и первой вскочившая в круг танцующих.

– Нет, – отрезала Вьерна и окинула взглядом разбойниц.