Пленница Гора

К тому же, если она, одумавшись, согласится на это путешествие позже срока, установленного высокими посвященными, ее наставнику уже никто не предложит деньги в качестве компенсации.

– Я пойду, – сказала Юта.

Она согласилась присоединиться к группе отправляющихся в Сардар путешественников, организованной высокими посвященными.

Ее наставник провожал ее со слезами на глазах и скрепя сердце принял предложенное золото…

Юта увидела Сардар, но увидела его уже невольницей – в цепях и с ошейником на шее.

Ее корабль был захвачен пиратами с острова Шенди. Вместе с остальными пассажирами разбойники продали Юту работорговцам, и те фургонами доставили девушек в Сардар и выставили их на продажу в разгар крупнейшей весенней ярмарки, ежегодно организуемой в первых числах месяца енкара.

Стоя на высоком помосте в центре невольничьего рынка, Юта и увидела за высоким частоколом уходящие в небо остроконечные пики Сардарских гор.

В течение следующих четырех лет, в расцвете своей красоты, Юта переходила из рук одного хозяина к другому, переезжая с ними из города в город. Затем она снова оказалась на Сардарском невольничьем рынке, куда ее вместе с остальными девушками выставили на продажу, чтобы их хозяин таким образом мог рассчитаться с долгами за свой подвергшийся нападению разбойников караван с солью.

Здесь Юту и приобрел Барус, принадлежавший к касте кожаных дел мастеров.

У нее было много хозяев, но только его имя она нередко повторяла во сне. Она очень любила этого человека, но как она сама призналась, однажды она попыталась навязать ему свою волю. В результате он ее продал.

Юта никогда не рассказывала мне об этом человеке, но только его имя срывалось с ее губ, когда она спала.

– А почему бы тебе не вернуться на Телетус? – поинтересовалась я.

Меня нисколько не прельщала перспектива оказаться в маленькой деревушке, где Юта родилась. К тому же именно на Телетусе ей подарили свободу и ее приемные родители могли все еще оставаться на острове.

– Ой, нет, Тассу мне не переплыть, – отмахнулась Юта. – Не думаю, чтобы я каким-то образом могла оплатить проезд, да и капитан корабля может очень просто сделать меня своей рабыней.

В ее словах была доля правды.

– А кроме того, – с грустью добавила она, – мои приемные родители, скорее всего, уже давно оставили остров.

И это казалось вполне вероятным, поскольку население небольших торговых островов, таких как Телетуc, отличается гораздо меньшей оседлостью, чем, скажем, жители крупных ремесленных городов или местностей с развитым земледелием и животноводством, чьи традиции сохраняются веками, передаваясь от отца к сыну.

– Но, может быть, тебе как-то удастся добраться до острова, – настаивала я.