Пленница Гора

– Это верно, – сказала она.

– Еще говорят… что он, как никакой другой мужчина, может унизить и оскорбить женщину…

– Я не была ни унижена им, ни оскорблена. Хотя, конечно, если он пожелает унизить или оскорбить женщину, я думаю, он сумеет сделать это наилучшим образом.

– А если девушка позволила себе держаться с ним дерзко и высокомерно?

– Такая девушка, вне сомнения, будет унижена и наказана. – Ена рассмеялась. – Раcк из Трева покажет ей, что такое настоящая невольничья жизнь.

Ее слова меня, естественно, нисколько не приободрили.

Я подняла на Ену заплаканные глаза."

"– Говорят еще, что он использует женщину только один раз, а потом, взяв от нее все, что можно, ставит на ее теле свое клеймо и удаляет от себя.

– Меня он ласкал довольно часто, – ответила Ена и с усмешкой добавила: – Раcк вовсе не какой-нибудь безумец.

– Но он поставил на вашем теле свое клеймо? – допытывалась я.

– Нет, – ответила Ена. – У меня на теле стоит клеймо города Трева. – Она улыбнулась. – Когда Раcк похитил меня, я была свободной женщиной. Естественно, он произвел церемонию моего обращения в рабство и поставил на мне клеймо.

– Он собственноручно обратил вас в рабство?

– Да, я признала себя его рабыней. – Она снова рассмеялась. – Сомневаюсь, чтобы рядом с таким мужчиной любая женщина не почувствовала себя невольницей!

– Только не я! – с уверенностью воскликнула я. Ена рассмеялась.

– Но если на теле девушки уже стоит клеймо, – продолжала я расспрашивать старшую невольницу, – ее ведь вторично не станут подвергать процедуре клеймения, не правда ли?

– Обычно нет. Хотя иногда на теле девушки ставят и второе клеймо. В городе Трев такое случается. – Она многозначительно посмотрела на меня. – Чаще всего это клеймо ставится в качестве наказания и предупреждения о том, что с такой невольницей следует держаться настороже.

Ее слова меня озадачили.

– А есть еще так называемые обличительные клейма, – продолжала Ена. – Они маленькие, но хорошо заметны. У них довольно много разновидностей. Есть, например, обличительное клеймо для воровки, для лгуньи и для многих других нарушительниц, совершивших преступление или серьезный проступок.

– Я не лгу и не ворую!

– Это хорошо.

– Мне никогда не приходилось видеть клеймо Трева, – призналась я.

– Это очень красивое клеймо, – с гордостью заметила Ена.

– А можно мне его посмотреть? – попросила я, сгорая от любопытства.

– Конечно, – согласилась Ена.

Она поднялась с пола и распахнула свое длинное белое одеяние.

На стройном, словно выточенном из слоновой кости бедре женщины стояло удивительно изящное клеймо, подчеркивающее нежность и белизну ее кожи и провозглашающее ее тем, кем только она и могла быть в этом суровом, безжалостном мире – невольницей.