Пленница Гора

Одна из невольниц поспешно подошла, накинула мне на волосы тонкую сеточку и подобрала их к затылку, закрепив длинными шпильками. Эти шпильки, я знала, должен будет вытащить у меня из волос сам Раcк.

Девушки набросили шелковое одеяние мне на плечи. Оно напоминало легчайший, невесомый плащ с прорезями для рук, но без рукавов. Капюшон надевать на голову мне не стали.

– Заведи руки за спину, – распорядилась Ена; она принесла откуда-то узкий кожаный ремень, усыпанный драгоценными камнями.

Я послушно выполнила приказ и почувствовала, как руки у меня за спиной связали – не крепко, не для того, чтобы по-настоящему обезопасить невольницу.

После этого Ена кивнула молодой невольнице с флаконом, отделанным изящным горианским орнаментом. Девушка снова омочила пальцы в ароматической жидкости и коснулась ими у меня за ушами и на груди. Я с новой силой почувствовала терпковатый, изысканный запах туалетной воды.

Сердце у меня тревожно забилось.

Тут ко мне опять подошла Ена. В руках у нее была длинная грубая веревка – самая обычная, какие применяются, например, для установки лагерных палаток. Ена приподняла мне волосы и завязала конец веревки у меня на шее, довольно туго. Большой узел у меня под подбородком мешал дышать и говорить. Странно, подумалось мне: руки у меня связаны усеянным драгоценными каменьями ремнем, а вести меня будут за наброшенную на шею грубую веревку!

– Ты хорошенькая, – одобрительно заметила Ена.

– Хорошенькое животное на поводке! – проворчала я.

– Да, животное, – подтвердила Ена. – Но животное очень и очень привлекательное!

Я с ужасом посмотрела ла нее, но тут же поняла, что она совершенно права: я, Элеонора Бринтон, действительно мало чем отличалась от какого-нибудь животного, поскольку была всего лишь рабыней. Нет поэтому ничего удивительного в том, что ее и ведут за собой на грубой, обтрепанной веревке, которой наверняка стреноживали прежде на ночь толстого боска или вечно грязного, ленивого верра.

Я закусила губу и отвернулась.

Ена накинула мне на голову прозрачный капюшон.

– Они готовы! – взволнованным шепотом сообщила выглядывающая из палатки девушка.

– Выводите ее! – приказала Ена.

Девушки взяли у нее из рук веревку и повели за собой. К нам присоединились несколько находившихся у палатки мужчин и невольниц.

Меня подвели к небольшой площадке, расчищенной у шатра Раска из Трева. Он дожидался, прогуливаясь у откинутого полога. Меня поставили прямо перед ним. Я с трудом подняла на него испуганный взгляд.

Некоторое время мы молча смотрели друг на друга.

– Развяжите веревку, – распорядился наконец Раск.

Шедшая позади меня Ена развязала давивший мне горло узел и отдала веревку одной из сопровождавших меня девушек.