Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Очень важно, чтобы кто-то верил в тебя, — тщетно стараюсь выровнять дыхание, поднимаю голову, ловлю горящий взор. — Особенно если ты сам давно не веришь.

Встаю, опираясь о стол дрожащими пальцами.

— Пожалуйста, — срываюсь на шепот. — Верь в меня.

И мне.

Молчу про Стаса не из упрямства. Не защищаю и не оберегаю. Просто не надо никого искать. Отпусти. Нам хватит другой крови.

— Верю, — следует лаконичный ответ.

Фон Вейганд подходит вплотную, сжимает плечо там, где бледная кожа до сих пор хранит тонкую отметину от его ремня.

— Но иногда этого мало, — добавляет холодно.

Он знает.

Может не в деталях. Допуская долю сомнений, учитывая погрешность."

"Однако знает, безошибочно чует ложь. Улавливает в тембре голоса, в тени улыбки. Читает по глазам, по выражению лица.

Хищный зверь не упустит добычу.

Будет выжидать, ходить кругами, загонять в угол постепенно. Ведь слишком скучно сразу разодрать в клочья. Нужно развлечься, позабавиться всласть.

— Я не хочу уезжать, потому что боюсь, — открыто признаю чувства. — Это навсегда. Не вернусь, не увижу родных.

— Ты сделала выбор, — произносит спокойно.

— Когда пришла в твой кабинет? — нервно улыбаюсь.

— Когда появилась на моем пути.

— Не слишком честно.

— Как и вся человеческая жизнь.

— Извини, я не согласна на роль бессловесной шлюхи, собираюсь добиться реальных успехов, — перевожу дыхание. — Займусь новой идеей, построю бизнес с нуля.

— Дерзай, — бросает коротко и покидает офис.

Безвольно опускаюсь на стул. Задница пылает огнем. Кривлюсь, практически не ощущаю боли. Обнимаю себя руками, пытаюсь унять озноб.

Сколько сумею увиливать? Водить фон Вейганда за нос?

Пока ему не надоест, пока не пристукнет, не прихлопнет словно назойливое насекомое.

Не спустит с небес на землю, не вернет наглого зверька на место.

Глава 18.2

Каждый мечтает встретить родственную душу. Отыскать того единственного, с кем легко и приятно слушать тишину.

Разве нет?

Мы безотчетно жаждем обрести того, кто проникнет в самую суть, заглянет в наше сердце и глубже. Того, кто найдет в нас то, ради чего стоит умереть. Или жить.

— Спорим, вам такого подарка никогда не презентовали? — излучаю искреннее счастье. — Ну, не скромничайте. Так и быть, разрешаю заключить меня в страстные объятья.

Облобызать, соблюдая меры предосторожности. Не стесняйтесь. Дайте волю эмоциям.

— Это кружка, — наконец, заявляет Андрей.

— Да, а вы чего хотели? Магнитик? — тяжело вздыхаю. — Не все сразу, ладно? Как мед, так и ложкой. Советую снизить градус ожидания. Для магнитика мы недостаточно близки. Вот через несколько лет — поглядим.

— Здесь написано «за тех, кто в море», — хмурится.

— Вы же были в море, — произношу невозмутимо. — Хоть раз.

— Но я не…

— Хватит придираться, — обрываю возмущенно.