Плохие девочки не плачут. Книга 3

Я лихорадочно пытаюсь придумать, как оторваться от преследования, как невзначай свернуть не туда, отвлечь тюремщиков и ускользнуть.

Подхожу к лестнице, начинаю подниматься по ступенькам. Прячу руки в карманы. На автомате, чисто машинально. И натыкаюсь на ледяную сталь. Пальцы моментально сжимают рукоять.

Кто заказывал патроны? У нас тут целый пистолет.

Ура. Фортуна опять со мной заодно.

Спасибо Стасу за такой мощный подгон. Или надо благодарить самого Сатану?

Я добираюсь до нужного этажа. А потом бегу. Действую как одержимая. Буквально лечу по коридору, несусь по прямой.

Едва разбираю дорогу.

Время на исходе. Запускается обратный отчет."

"Я не думаю о своей слабой физической форме. Не думаю о том, что охрана может меня поймать. Не думаю, что на пути случайно возникнет какой-нибудь слуга.

Я вообще не думаю. Ни единой секунды.

Наверное поэтому побеждаю. Спонтанность, епта. Удача любит дураков.

— Стоп! — останавливаюсь и выхватываю пистолет.

Это слово достаточно универсально. А оружие в руках — очень веский аргумент.

Громилы замирают. Андрей делает шаг вперед. Осторожно, практически незаметно подается в мою сторону.

— Нет, — бросаю отрывисто. — Не приближайтесь ко мне. Даже не дергайтесь без разрешения.

— Ваша шутка слишком далеко зашла, — мрачно произносит он.

— Руки на бедра, танцуйте ламбаду. Вот что значит «шутка далеко зашла». А я всего лишь приказываю вам прогнать этих амбалов. Сейчас же. Немедленно.

— Вы не мой хозяин, чтобы приказывать.

— Я вооружена и психически нестабильна, — улыбаюсь. — Серьезно хотите обсудить тонкости субординации?

— Вы не станете стрелять.

— Проверим?

Надеюсь, я все правильно запомнила.

Демонстративно выполняю ту последовательность действий, о которой говорил Стас. Снимаю с предохранителя, показываю полную боевую готовность.

— Пусть охрана исчезнет, — заявляю с нажимом. — Пусть все они проваливают.

Андрей медлит. Ему приходится выбирать между откровенно паршивыми вариантами. Либо оставить мне пистолет и принять новые правила. Либо рискнуть и обезоружить. Здесь нет меньшего зла.

— Leave us (Оставьте нас), — наконец произносит он.

Громилы подчиняются.

Никто не смеет посягнуть на чужую собственность. Если попытаться вырвать оружие из моих рук, можно нарваться на очень серьезные неприятности.

Ранить, убить. Вряд ли их хозяин такому обрадуется, он еще со мной не закончил.

Я отступаю в сторону, прислоняюсь спиной к стене, чтобы не потерять хороший угол обзора.

— Откройте кабинет, — кивком головы указываю на дверь напротив.

— Ключ есть только у господина Валленберга, — пожимает плечами. — Мне подобный доступ не предоставлен.

— Ложь.

— По-вашему он разрешает…

— По-моему не стоит спорить с тем, кто держит вас на прицеле.