Плохие девочки не плачут. Книга 3

Не в ядовитых сплетнях или коварном предательстве, даже не в самой теме дружбы. И не в том, что фон Вейганд опять уехал в неизвестном направлении, нагло оставил меня под контролем ненавистного сутенера-зануды. И уж точно не в муштровке этикетом или в многочасовых танцевальных уроках.

Было нечто такое, чего я не могла объяснить словами, не решалась четко выделить из потока пестрых эмоций. Но сие нечто невероятно мешало, путало мысли, отбирало привычную веселость и неиссякаемый оптимизм.

Скользкие щупальца невидимого спрута оплетали сердце все туже, все плотнее, замедляя ритм, настраивая под себя.

Следуя по пятам неотступной тенью, не покидали спектр ощущений ни на миг.

Мои шутки горчили, в моей улыбке сквозила фальшь.

Дни покрыли тучи, а ночи… no night is too long (ни одна ночь не станет долгой).

Изматывающие тренировки в бальном зале. Бесконечные лекции о правилах хорошего тона. Полнейшее отсутствие сна. Снова и снова, плетусь отработанным шагом, выписываю порочный круг.

Одинокая марионетка мечется из стороны в сторону на широкой кровати, сминает под собой простыни. Вглядываясь в темноту, пытается понять причину навязчивых состояний.

Проанализировать и вывести закономерный ответ, который знать совсем не хочется, тем не менее, приходится искать. На автомате, на уровне инстинкта.

Тело мечтает отключиться, а разум не позволяет. Добро пожаловать, бессонница.

— Господи, что же это, — шепчу сбивчиво, едва шевелю губами.

Распахиваю окно в спальне настежь, отчаянно хватаюсь за хрупкую иллюзию покоя, витающую в морозном воздухе. Не обращаю внимания на холод, самоубийственно впитываю его, тщетно надеясь отвлечься, остыть, избавиться от… от чего?! Кома в горле, тяжести под сердцем, проклятой пружины, сдавившей внутренности.

Пока не пойму, не сумею двигаться дальше.

Наплевав на христиански истины о всепрощении, я мечтаю расплатиться со всем миром в целом и отдельными должниками в частности. Представляю разные живописные картины. В основном — кадры популярных голливудских слэшеров. Душевного кино, где неубиваемый психопат гоняется за невинными жертвами, вооружившись арсеналом из бензопил/колунов/лезвий/дробовиков и прочих незаменимых предметов в домашнем хозяйстве.

Однако дело и не в мести.

Абсолютно нет.

Не в сладких раздумьях о пьянящих прелестях возмездия. Не в том, чтобы поймать и уничтожить, повинуясь естественным потребностям организма. И даже не в том, чтобы оправдать ожидания фон Вейганда.

Впрочем, трудно определить конечную цель моего жестокого хозяина — погрузить любимую игрушку во мрак или, наоборот, позволить ей перевести самого себя на сторону света.

Что истинно?

Что ложно?

В чем боюсь признаться, нещадно терзая подсознание?

Всему свое время.

Разгадка придет, когда перестанешь ждать.