Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Сегодня твой счастливый день, — он смеется. — Наслаждайся, пока можешь."

"Отстраняется, но не отпускает. Позволяет приподняться, крепче взяться за раковину, взглянуть в зеркало и ужаснуться.

Вскрикиваю, нервно облизываю губы.

Мое лицо залито кровью.

Только пугает другое.

Бездна в глазах фон Вейганда.

Я смотрю и не верю.

Не хочу верить.

Не могу…

— Ты приворожила моего деда, — криво улыбается. — Он стольких мошенников нанял, а ты отказалась раздвинуть ноги. Прошла его проверку. Вот и весь секрет. Или нет? Потеряла страх. Открыто ему хамишь. Старик давно от такого отвык.

Крупная ладонь опускается на мою грудь. Чуть ниже ключиц. Ровно посередине. Жжет кожу точно каленым железом. Клеймит.

— Везучая дрянь, — шепчет на ухо, шумно вдыхает аромат моих волос. — Но это продлится недолго.

Я отчаянно стараюсь сглотнуть.

Кровь.

Ничего не выходит.

Я до сих пор могу различить следы спермы на своем лице.

Это не смыть.

— Он приглашает тебя на свой день рождения, — продолжает тихо. — Отказаться нельзя, поедем вместе.

Я удивлена.

Правда.

Почему от его тяжелого взгляда зеркало не раскалывается на части?

Почему я не раскалываюсь?

Хотя нет.

Я уже.

Вдребезги.

— Ты будешь улыбаться, — говорит фон Вейганд. — Будешь смеяться. Будешь самой веселой там, ясно?

Вот что за цепь его держит. Вот единственная причина, по которой он не оторвался на мне по полной программе. Пока что.

— Алекс, пожалуйста.

Я оборачиваюсь.

Резко. Порывисто.

Я должна видеть его.

Глаза в глаза.

Не отражение.

— Прости, — хватаю своего палача за руки. — Прости меня.

Наши окровавленные пальцы переплетены.

Как тогда.

— Я думала, я тебя потеряла. Когда ты пропал, я выдумала сотню безумных планов, и всю эту сотню я воплотила в жизнь.

Крала мобильные у охраны, звонила по всем номерам, что смогла найти. Я обрывала телефоны твоей компании каждый день. Лгала, играла разные роли, пыталась выяснить, где же ты и почему мне никто ничего не говорит. Я сходила с ума от бессилия, развивала кипучую деятельность. Только все без толку. Все напрасно. А потом появился твой дед. Так спокойно обронил про Мортона, будто никакой опасности в помине нет.

Сжимаю его ладони.

Крепче.

Хочу отогреть.

— Я слушала все эти фразы. Про лорда, про остров.

Я слушала и… и я погибала, потому что я думала, ты погиб.

Фон Вейганд разрывает контакт.

Вырывает свою руку из моей.

Будто с мясом отдирает.

— Запомни: я не умею умирать, — мрачно произносит он, с издевательской усмешкой прибавляет: — К сожалению для тебя.

— Пожалуйста, не говори так, — заявляю поспешно, снова тянусь к нему, как безумный мотылек лечу прямо в открытый огонь. — Еще можно все исправить. Выяснить. Нужно время и потом…

— Ты моя сука, — обрывает грубо, проводит пальцами по окровавленному лицу.