Плохая привычка (СИ)

— Хорошо, — выдохнула я тихо.

Славик отошёл чуть в сторону, чтобы я могла выйти из своей машины. Едва я встала рядом с ним, как он стянул с себя пиджак и молча накинул его на мои плечи.

Я, честно говоря, опешила и застыла взглядом на том, как он начал закатывать рукава своей белоснежной рубашки.

Он сам будет менять моё колесо? Серьёзно? Это, вообще, тот Смертин, которого я шесть лет знаю?"

"— Что застыла, Федосеева? В машину. Я привык в офисе на тебя материться, а не на улице. Перчатки оставь.

Я послушно отдала ему свои перчатки, а сама пошла в машину, удерживая на плечах тяжеловатый пиджак Смертина. За тем, как он менял колесо, я периодически наблюдала в зеркало заднего вида.

От моросящего дождя белая рубашка стала мокрой и прилипла к его спине. Но Славик этого, похоже, не замечал. Он устранял проблему как опытный шиномонтажник. С серьёзным лицом, ни разу не глянув в сторону своей машины, он установил колесо, подкачал его до нужного давления, собрал все инструменты и сложил всё в багажник, закрыв его за собой.

А затем пошёл в свою машину, сел за руль и вынул из бардачка влажные салфетки, которыми отёр руки от грязи.

— Всё? — спросила я, не веря, что он так быстро справился.

— Всё, — кивнул он коротко.

— Спасибо.

— Угу, — выронил он небрежно, так ни разу на меня и не посмотрев.

А я осталась сидеть в его машине. Не знаю почему. Пригрелась, наверное. Обогрев салона у него работал лучше, чем у меня.

— Вы меня уволите? — спросила я тихо, глядя на свои ногти и ковыряясь под ними.

— С чего ты взяла?

— Было бы логично, — повела я плечом.

— Не знаю, чьей логикой ты пользуешься, но утопи её, — холодно отрезал Смертин и проворчал себе под нос, одергивая рубашку на груди. — Блядь, мокрый весь…

— Вы ведь разведены? — спросила я, не поднимая на него взгляд.

В салоне резко наступила тишина. Казалось, Смертин даже дышать перестал.

— Разведен. Но натурой за замену колеса не возьму. Проведешь совещание на следующей неделе.

— А вы… Вам легко далось решение о разводе?

Смертин обхватил руль руками и начал постукивать по нему пальцами. Он явно взвешивал и подбирал слова.

— Подбрось монетку, если не знаешь, что делать. Но, один хрен, пока она летит, ты всё уже решила. Да и когда понимаешь, что всё, то… всё. Не хочешь срать — не мучай жопу.

— Мудро, — хохотнула я. Прикусив нижнюю губу, затихла, продолжая смотреть вниз на свои ногти. — И насчёт завтра, Вячеслав Александрович…

— Первое сентября, линейка… Я в курсе.

— Вы меня отпустите?

— Я тебя всегда отпускаю, — выронил Смертин тихо. На несколько секунд салон машины вновь заполнился молчанием. — Ладно, Федосеева, вали в свою машину. Твой отдел в офисе лёг и нихрена не соображает.

— Спасибо вам, Вячеслав Александрович, за колесо.