По дороге на Оюту

— Но вот уже пару дней я чувствую запах гнилости и плесени; особенно он проявляется, если оставишь что-нибудь из одежды в санблоке.

Демьян всё также недоверчиво смотрел на меня, не мигая, словно пытаясь понять: обманываю я его или говорю правду.

— Ну, если не веришь, то иди и посмотри сам, — с этими словами я вернулась в душевую и схватила не выстиранную футболку, что лежала тут на столике уже пару дней. Запах от неё хоть и несильно, но присутствовал.

Вернувшись, я протянула вещь марионеру.

—- Вот, Демьян, пахнет отчётливо, — я сунула ему вещь под нос.

Он взял из моих рук футболку, поднёс её к лицу и, принюхавшись, сморщился, словно лимон съел.

— Действительно, запах специфический, что за ерунда? — с задумчивым выражением пробормотал он, — система, получается, срабатывает не до конца и второстепенные функции не отрабатываются.

Признаться, я вообще не поняла ничего о системе и о второстепенных функциях, но, похоже, что мне поверили. Прихватив мокрые трусики, я шмыгнула с ними в каюту и развесила сушиться их на металлическую спинку койки.

— Но это всё-таки не объясняет, почему ты не попросила постирать меня, - донеслось мне вслед из основного отсека.

— Вот признайся, что тебе просто нравится моё грязное бельё, — скрипнув зубами, буркнула я себе под нос.

Меня услышали. По кабине корабля разнесся громкий мужской смех.

— Конечно, долго же ты соображала, — тут же прокомментировали мой выпад из общего отсека, — я просто обожаю твои крохотные гладкие трусики, брежу ими с тех самых пор, как поднял одни при досмотре личных вещей. Так что не отнимай у меня эту маленькую радость жизни.

— Извращенец, — обречённо вздохнула я.

— Нет, просто озабочен тобой, — хохотнули в ответ.

Покачав головой, я воздержалась от ответа. Почесав ребро ладони, с изумлением обнаружила там свежие язвочки и сукровицу. А Демьян-то не шутил: мыло оказалось и, правда, жутко щелочным. И, как на зло, ведь никакого крема нет. Ну чего я, правда, с этой стиркой зачастила, надо было просто замочить, а потом легко бы вся грязь отошла. Вот же глупая, никакого жизненного бытового опыта.

— Ты чего там притихла, Анита? — поинтересовался Демьян.

— Скажу - ругаться будешь, — тут же отозвалась я.

В основном отсеке повисла минутная тишина, слышно было лишь мужское сопение.

— Руки испортила? – сделал своё предположение этот прозорливый тип.

— Угу, — удручённо выдохнула я.

— Упрямица. Иди ко мне, кажется, у нас назревают небольшие проблемы.

Вздрогнув, я выскочила из каюты в основной отсек и поспешила занять место возле своего марионера. Взглянув на экран пульта управления, ничего не смогла понять в текущих ручейком цифрах.

— Что у нас опять не так? – прямо спросила я.

— Точно не знаю пока, но заряд ядра медленно снижается.