По понятиям Лютого

Шел и орал, как раненый слон:

– Это что за новые порядки?! Вы охренели совсем, братва?! Я – Голован! Я на киче десятерик оттрубил, домой вернулся!!! А меня стволами встречают!!!"

"Община сидела за огромным столом в гостиной. Первое, что бросилось Головану в глаза, – телевизор с рогатой антенной в углу, ультрасовременная, почти космическая штука, о которой он у себя на зоне только слыхал, а видеть ни разу не видел. «Вот как они теперь тут живут», – подумал он. Потом увидел Студента, сидящего во главе стола: холодные глаза, зачес со лба, замшевый пиджачок, серебряный перстень на руке, который, как ему показалось, горел красным огнем, будто сигнальный маяк далекого самолета в небе. Этот огонек на мгновение сбил его с толку – пронзил, высветил что-то черное и гиблое внутри, отразился в душе Голована, как в темной болотной воде.

Он упрямо встряхнул головой, словно прогоняя докучливую муху, встал перед столом, с противоположного от Студента краю. Сидевший рядом Копейка потихоньку отодвинулся в сторону.

– Значит, так. Община в сборе, отлично. Все видят, все слышат. Давно мечтал встать вот так и спросить кой чего с кой кого…

Голован поднял руку, нацелил на Студента указательный палец, которым, наверное, мог бы проткнуть его грудную клетку.

– Когда я ушел на кичу, на твоем месте сидел Мерин, рынком правил Матрос, а ты в ту пору, Студент, тараканом шустрил у нас под ногами. И все было нормально. Но вот Мерин помер на ровном месте, Матроса убили, а ты занял место Смотрящего. Что ты здесь делаешь, хочу тебя спросить? И по какому праву?

Студент помолчал, подождал, когда в головах собравшихся улягутся слова. Потом поинтересовался:

– Это конкретная предъява, Голован? Или так, помелом махнул?

И снова в глаза Голована стрельнул острый красно-зеленый луч. Он заморгал, пошатнулся, огромный и неуклюжий.

– Я за Мерина пришел спросить! За Матроса! – проревел он грозно, уходя, тем не менее, от прямого ответа. – Уж больно в жилу тебе их смерти пришлись! Вот я и хочу знать!

– И знать тут нечего. Вон, у братвы спроси, у кого хочешь. Мерин прилюдно концы отдал, Матрос тоже. Все на глазах происходило. Султан, что там с Мерином было?

– Сердце надорвал, – нехотя отозвался Султан. Историю с Мерином он вспоминать не любил. – Чего, стопарь маханул на собственный юбилей, свалился, дернулся раз-другой и окоченел… А Студента там вообще не было, коли на то пошло…

– Зато Матрос под боком сидел! Наливал-старался, сука, его последняя рука была! – крикнул с места Космонавт.