По воле короля

— Хочу услышать музыку! — отдал он распоряжение, стоило ему отсмеяться. — Пусть споют!

Декорации быстро сменились. Унесли мишени и ножи. А на открытую площадку вышел средних лет мужчина с длинными белыми волосами, собранными в хвост, со струнным инструментом — лютней. Он устроился на низеньком стульчике и тронул струны. Прислушиваясь к звуку, перебрал струны пальцами и запел, услаждая слух приятным баритоном.

Репертуар у барда был широк. Начал он с бравурного гимна, прославляющего воинов короля Харольда Завоевателя и бесстрашного герцога — Огненного дракона.

Во время исполнения Лиссандра покосилась на супруга, понимая, кто имеется ввиду под «драконом». Эрик был невозмутим и только пальцами правой руки тихо отбивал такт по дубовой столешнице.

Мелодия сменилась, зазвенела весело и легко. Менестрель спел шуточную песенку про пастушку и пастушка.

А потом затянул грустную песню о несчастной любви юной безродной девушки к высокородному лорду. Соблазнившись красотой и кротким нравом, лорд взял её в свой дом, но к алтарю повёл другую и с ней скрепил союз. Не выдержав гонений и грозных взглядов супруги лорда, девица забралась на край утёса и бросилась на камни вниз, но ветер подхватил её, как птицу, и вознёс.

С тех пор кружит она над миром, не находя покоя, рыщет, испытывает пылкие сердца. И если видит истинность любви, то дарит счастье, иначе — отнимает жизнь."

"За столом замерли все разговоры и стих весёлый смех. В воздухе повисло напряжение и было от чего. Лиссандра не единожды слышала эту песню ещё у себя дома в Срединных землях (менестрели свободно перемещались между государствами и делились своим репертуаром, устно передавая тексты), но никогда не думала, что примеряет ситуацию на себя.

Стоило об этом подумать, как кровь отхлынула от лица герцогини, и вспомнился разговор с супругом на следующий день после брачной ночи с указанием не обижать тонкую душевную организацию нежного создания. Да и «девица» сидит под боком, осталось только взобраться на утёс — даже горы в наличии. Только вопрос: кому? Ей или Лиссе?

Внешне Лиссандра держалась, даже улыбка у неё получалась вполне естественная — немного задумчивая и нежная. Настроение юной герцогини, отличное до сего момента, резко испортилось, и вечер стал не в радость, и мысли о беременности любовницы нахлынули с новой силой, угнетая и терзая.

«Что вы чувствуете ко мне?» — вспомнился вопрос супруга.

«То, что не должна. То, что отрицала. То, что больно ранит, если признаться в этом.»

Герцог убрал руку со спинки стула Лиссандры, отдалился, облокачиваясь на свой.

Песня длилась бесконечно — так казалось. Но вот менестрель затих, беря паузу и собираясь спеть что-то новое.