По воле короля

Ведьма не стала скрывать от девушки сие таинство и объяснила, что, зачем и почему. Уже позже, в Ордене, Лиссандра не раз принимала роды у женщин, когда проходила практику вместе с другими ученицами, и понимала, откуда в чреве матерей появляются младенцы. Нить жизни начинает виться с момента, когда происходит зачатие, и прядётся до последнего выдоха. Мойры Ордена следят за тем, чтобы нить жизни не прервалась случайно. Все знания сестёр направлены на то, чтобы продлить эту жизнь. Целители, прорицатели, травницы — вот кто был в Ордене Прядильщиц. Они трудились, как пчёлки, заботясь о всех нуждающихся. Лиссандре нравилась такая жизнь. Насыщенная событиями, с достойными стремлениями. Она получила максимум знаний, но дар целительства был слабоват. Прорицать будущее, чтобы предотвращать опасные события в жизнях людей, не получалось. Девушка могла бы похвастаться тем, что хорошо разбиралась в травах. Но, видимо, этого для служения Единому оказалось мало.

— Может, и не будет никакой ночи, — буркнула Лисса и, охая, влезла в горячую воду смыть с себя не только грязь, но и переживания.

Она за час привела себя в порядок. Переоделась, причесалась, перекусила на скорую руку и наконец-то напилась так, что в животе почти булькало при движении.

Капитан Фламбери был пунктуален. Отведённый час истёк, и он неумолимо попросил Лиссу на выход и поторопиться.

Принцесса шла за ним, мысленно горячо взывая к Единому с просьбой не допустить признания короля Вайтэрда истинным правителем Срединных земель. Но её молитвы не были услышаны.

В Храме снова были только присутствовавшие часом назад в тронном зале. Новым лицом был старый храмовник, которого Лисса знала с самого детства. Он уже тогда был очень стар и с тех пор не изменился.

Ждали только её. Стоило принцессе зайти в прохладное помещение, как свет в магических огнищах возле алтаря вспыхнул ярче, как бы обозначая присутствие божества. Спины девушки коснулся ветерок и пощекотал открытую шею, подталкивая ближе к жертвенному камню. На блюде лежало подношение: хлеб, яблоки и кубок с чистой водой.

Тонкий венец правителя Срединных земель лежал там же.

Старый храмовник стал нараспев читать слова, взывая к мудрости Единого в избрании истинного хозяина Срединных земель.

— Подойди, Аугусто Наурийский, — подозвал он отца Лиссандры. Тот неуверенно прошёл к алтарю и протянул руку, пытаясь взять свой венец, но не тут-то было. Металл в мгновение раскалился добела, опаляя жаром даже на расстоянии.

— Недостоин, — грозно прогремело под сводом Храма.

Лиссандра вздрогнула и вскинула глаза к потолку, где в вышине было круглое мозаичное окно с изображением феникса. Птица шевельнула крыльями и опала кучкой пепла. С ресниц девушки сорвались две слезинки, оплакивая ушедшую птицу.