По ту сторону жизни

Перекат, где удобно ее перемахнуть. И вроде всё тихо, но как-то тревожно – уж больно доброе место для засады.

– Всем наблюдать.

Смотрят зэки, которые бывшие фронтовики, которые вот так сутками вылёживали, за немцами наблюдая, огневые точки на карты нанося.

– Вон ветка сломана.

– Вижу.

– И завал вон тот… Стволы старые, а листва свежая, не пожухлая, словно кто-то специально ее наломал. Трава на обрыве чуть примята, видно кто-то за водой спускался. И ни одной птахи возле…

Намётан глаз у бывших фронтовых разведчиков.

– Отползи влево и сук сломай.

Треск, вроде бы случайный. И чьи-то глаза под каской между листвы. Засада!..

– Уходим…

И снова, по-пластунски, на животах по мокрой траве, по грязи. Но сколько не бегай… Вдруг лай собачий и голоса… Почуяли шавки «дичь», рванулись с поводков. Жуткое это дело – собаки, которые «друзья человека», но не зэка. Не любят зэки собачек – никаких! Не уйти от овчарок, которые натасканы на человечину, которые чуют, преследуют, рвут в клочья, грызут насмерть, если не оттащить.

Нет, не уйти!

– Вы – бегом, чтобы собак за собой утянуть, – показывает направление «Партизан». – Вы в обход. Но чтобы тихо!..

Разбежались бойцы – десяток, не скрываясь, топая по грязи, ветки ломая. Побежали куда глаза глядят. Другие, крадучись, по лужам, ручьям и камням ступая, в стороны разошлись, погоню через себя пропуская."

"Близка погоня – тянут собаки проводников за поводки, бока взмылены, языки чуть не до земли свесились, лапы в землю упираются, хрипят злобно, с клыков слюна брызжет. За проводниками эмгэбэшники с автоматами скачут, на лицах азарт. Охота! На живых людей охота! Ату их, ату!..

Но не хочет «дичь» просто так сдаваться!

– Стой!

Остановились, разбежались, встали за деревьями, финки из ножен и голенищ потянули. Притаились.

Но не все. Трое не спрятались – на погоню развернулись. Их дело самое гиблое, им собак встречать!

Секунда… Другая… Выскочили овчарки на поляну, за ними проводники.

– Фас!.. Взять их!

Отпустили поводки – рванулись овчарки, к земле припадая, когтями землю рвут. Прыгнут, толкнут передними лапами, собьют жертву с ног, и, наскочив сверху, в глотку вцепятся. Потому что научены так, потому что ни одного беглеца порвали!

Присели зэки, выдернули из-за спин толстые палки. Выставили локти, влёт ударили собак по мордам, да сами не устояли, свалились на бок, но, падая, полоснули финками по шеям и животам овчарок, сцепились с ними, уже почти дохлыми, но всё равно злобными. Мотаются по земле кишки, мотаются собачьи морды, в руки людей клыками вцепившиеся. Жуть!

– Стоять! – орут, бегут проводники, на ходу автоматы из-за спины стаскивая. Сейчас всех длинными очередями посекут.